Верхняя половина туловища – тоже ничего особенного, плечи, грудь, живот, руки. Правда ногти на руках немного странные: длинноваты, темноваты и, вроде бы, слегка заостренные… но мало ли, может сейчас так модно? За модой Зарик никогда не следил, даже когда был женат. А этот – настоящий франт: идеально сидящий фрак, белоснежная манишка, в манжетах поблескивают запонки из каких то, незнакомых, но наверняка очень дорогих камней. Конечно, в степи не часто встретишь человека одетого с подобной утонченной изысканностью. Но, с другой стороны, мало ли какие причуды могут быть у состоятельных путешественников?

Одним словом, пока смотришь выше пояса, никаких вопросов не возникает (если не обращать внимание на рожки, разумеется. Но всегда ведь можно поправить цилиндр так, что их никто не увидит!). А вот что касается нижней половины…

Зарик опустил взгляд и громко сглотнул. Может это были такие штаны? По крайней мере, ему очень хотелось думать, что это очень узкие, облегающие штаны, мехом наружу. Странный фасон, сзади пришит довольно длинный хвост, с пушистой кисточкой на кончике. Хвост нервно подрагивает, кисточка суетливо обметает… ботинки. И ничего, что они больше похожи на копыта. Людей, у который мохнатые ноги с копытами вместо стоп не бывает, это Зарик знал точно, значит это штаны и ботинки. Значит здесь такая мода. Правда на ферме дядюшки Корадо ничего подобного он не видел, но степь большая, люди разные. Каких только чудаков не встретишь.

Мысль о том, что незнакомый, странно одетый чудак, только что, с громом и молнией материализовался посреди степи, Зарику, к счастью в голову не пришла, иначе он опять впал бы в ступор. А так, ничего – встал, поклонился и даже улыбнулся робко:

– День добрый, уважаемый господин, простите, не знаю, как вас величать…

– Местифуфель, – чудак слегка приподнял цилиндр над головой, демонстрируя внушительную плешь. – Торговый агент высшего класса в звании демона. Очень рад знакомству. Может быть присядем?

Зарик моргнул. Рядом с ним, неведомо откуда появилось кресло: большое, мягкое, крытое странно ворсистым, очень красивым материалом зеленого, в тон траве, на которой оно стояло, цвета. В точно такое же кресло напротив, привычно элегантным жестом откинув фалды фрака, опустился Местифуфель. Сбоку от кресел уже стоял небольшой прозрачный столик, весь уставленный какими то удивительной формы бутылями и бутылочками, графинами, высокими, тончайшего стекла стаканами, пузатыми кружками и крохотными рюмочками наперсточками. Имелось там и большое блюдо с разными диковинными фруктами. Не сводя глаз со столика, Зарик плюхнулся в кресло и облизал пересохшие губы.

– Что нибудь выпьете? – тут же понял его Местифуфель. – Джин тоник, коньяк, мартини, вермут?

– А? – тупо спросил Зарик.

– Лимонад, оранжад, сок? – попробовал Местифуфель еще раз.

– Пивка бы…

– Нет проблем. Хольстен подойдет?

Зарик, решив не спорить с таким важным господином, слабо кивнул и Местифуфель, уверенно выбрав из множества стоящей на столике посуды, маленькую, темного стекла бутылочку, легко сковырнул ногтем крышку и вылил содержимое в самую большую кружку. Держа двумя руками, подал Зарику. Крепкая пена занимала почти половину кружки, поднималась над краем легкой шапкой. Аромат был незнакомый, но удивительно приятный: ни кислоты, ни затхлости. Зарик осторожно хлебнул и расплылся в улыбке – вкус соответствовал запаху. Горькое, крепкое, слегка отдающее какими то незнакомыми травами, в жизни ему не доводилось пробовать такого чудесного пива.

– А я, с вашего позволения, «Хеннеси», – не слишком понятно, но с милой улыбкой, произнес Местифуфель и плеснул в пузатый бокальчик жидкость густо янтарного цвета из большой прямоугольной бутылки.