– Вилла! – закричала Кейт. – Я здесь, Вилла! – Этот крик облегчил ее душу и наполнил сердце необыкновенным ощущением легкости и свободы.

Сжимая в кулаке брелок, придававший ей сил и решимости, Кейт перешагнула через цепь и направилась к маячной башне, пряча лицо от назойливого ветра. Было уже совсем темно, но дорогу ей освещали вспышки маяка и слабые проблески луны, мимолетно пробивающейся сквозь плывущие по небу грозовые тучи.

Чувства переполняли ее, и она так ясно ощущала присутствие сестры, как будто они держали друг друга за руки.

Когда Кейт обходила маяк, под ногой у нее хрустнуло стекло. Вероятно, где-то на башне было разбито окно. Она посмотрела наверх, пытаясь найти его глазами. Башня белела на фоне темного неба при тусклом свете луны. Дальше, вдоль берега, были видны волноломы – каменные могилы зверски убитых девушек.

– Я люблю тебя, Вилла! – закричала Кейт, и слезы брызнули из ее глаз.

В этот момент ей показалось, что стихия немного утихла и завывания ветра стали уже не такими зловещими. За этим гулом она слышала теперь тихую музыку и шепот своей сестры.

Кейт загадала, что в ту секунду, когда к берегу подойдет большая волна и вспышка маяка осветит ее белый гребень, она спросит, где ее сестра, и тогда ей будет послан знак, где искать Виллу. Подойдя к краю обрыва, Кейт стала внимательно вглядываться в темное море, наблюдая за приближающимися волнами. Маяк испустил световой сигнал, и вспышка осветила высоко вздымавшийся гребень подошедшей волны.

– Где моя сестра?! – изо всех сил закричала Кейт.

– Кети, – послышался ей слабый, далекий голос Виллы, и она, похолодев, замерла и стала напряженно прислушиваться.

Ветер заметно стихал. Большая волна, докатившись до берега, разбилась о скалы. Кейт вспомнилось, как однажды, когда Вилле было всего десять лет, на нее напал дикий пони и она, спасаясь от него, забралась на дерево и просидела там несколько часов, отчаянно призывая на помощь.

Кейт медленно повернулась и пошла от края обрыва обратно к башне. В ее ушах продолжал звучать этот отчаянный крик: «Кети! Кети!» Что это было? Призрак? Галлюцинация?

Не раздумывая больше об этом, Кейт бросилась к двери маяка. Ей вспомнились сказки о маленькой принцессе, заточенной злодеем в башне, и она неистово закричала:

– Вилла!

Стены маяка были такие толстые, что через них, несомненно, не мог просочиться никакой звук. Крик мог донестись только сверху, где были окна… – особенно, если одно из них было разбито. Должно быть, оно разбилось совсем недавно, во время разыгравшейся вечером бури, потому, что иначе смотритель маяка убрал бы осколки и вставил новое стекло.

До ее слуха опять донесся слабый призрачный голос. Реален ли он был или только казался ей? Кейт задумчиво посмотрела на золотой брелок, и в ее сердце вдруг родилась уверенность, что ее сестра была там, внутри. Она принялась изо всех сил колотить в дверь, бить в нее плечом, но все было бесполезно: дверь была обита стальными пластинами и заперта на тяжелый замок. В отчаянии, Кейт ударила в дверь с разбега, но лишь сама отлетела и рухнула на колени.

– Я слышу тебя, Вилла! – тут же вскочив на ноги, закричала она. – Я уже иду!

Кейт побежала вокруг маяка, с надеждой глядя наверх. С восточной стороны башни, выходившей на море, был вертикальный ряд окон, и нижнее из них… было разбито! Однако до него от земли было, по меньшей мере, пятнадцать футов. Чтобы туда забраться, нужна была лестница. Кейт обыскала все вокруг, но не нашла ничего подходящего. Бежать за подмогой в «Восточный ветер»? Позвонить из гостиницы Джону? Вызвать полицию?

Но что если, за время ее отсутствия, человек, похитивший Виллу, приедет и увезет ее куда-нибудь в другое место? Что если все это было лишь плодом ее воображения и Виллы вовсе не было в маяке? Зарыдав от отчаяния, Кейт побежала обратно к башне.