— Не вижу тут проблемы, — пожал я плечами, — скажи начальству, что ты уничтожила одержимость сама. А меня тут вообще не было. Уверен, никто не будет проверять.

— Что?! — девушка сузила глаза, — солгать?! Ну все! Это настоящее оскорбление! Я вызываю тебя на дуэль! До первой крови!

— Эм… — даже немного смутился я, — с ней все в порядке? Посмотрел на парня.

— Валя очень чувствительная, — растерянно пробормотал парень, — она считает себя настоящим рыцарем и серьезно относится к кодексу чести, — хохотнул он, потер затылок.

— Давай! — девушка сжала зубы, — расскажи, какого цвета у меня трусы еще!

— Ты в таком виде ходишь в бой, — засмеялся я, — что кажется, я сам их скоро увижу.

— Это не твое дело, как я хожу в бой! Вызов принимаешь, или ты, как и все эти боярские снобы?! Не воспринимаешь рыцаря всерьез, только потому, что он девушка?!

Я весело взглянул на парня. Он смущенно отвел глаза, коснулся век, растерянно покачал головой.

Что ж. Девочка была с норовом. Но, признаться, она мне понравилась. Тем более, такая дуэль — отличный способ выпроводить их отсюда и завершить мой ритуал. Только вот что мне интересно, а кто они вообще такие? Какие-то охотники на одержимостей?

— Я принимаю твой вызов, рыцарь, — я снял пальто, отстегнул кобуру с пистолетом, достал складной меч из внутреннего кармана, — но у меня есть условие.

— Какое же? — девушка вынула большой, прямо-таки монструозных размеров нож. Выглядела она с ним в руках презабавно.

— Если я побеждаю тебя, вы уходите немедленно.

— А если я побеждаю тебя, — злобно выдохнула девушка, — то отрежу тебе ухо! Только кровью можно смыть оскорбление, что ты мне нанес!

— Валя, ты перегибаешь! — парень растерянно взглянул на нее, — какое ухо?!

— Я согласен, — беззаботно пожал я плечами, — ухо так ухо. Для такой красотки, — подмигнул я девушке, не жалко и руки.

Девушка сжала губы, расширила глаза и покраснела как помидор.

— Ого! — хохотнул я, — вот это реакция, тебе что, комплементы никогда не делали?

— Это не твое дело! — девушка сняла портупею, разгрузку, бросила на землю, у своих ног. Я все ждал, снимет ли она еще и платье.

— Аккуратнее, — засмеялся я, — у тебя там гранаты висят, хочешь всех нас подорвать?

Она не ответила, только злобно посмотрела на меня.

— Кстати, а кто вы такие? — я сложил свое пальто, положил вещи на обломки ифрита, подкатил рукава водолазки.

— А ты не знаешь? — удивился парень, — разве по нам не видно?

— Невежливо отвечать вопросом на вопрос, — посмотрел я на парня, ловко завертел рукоятью меча. Телескопическое лезвие щелкнуло. Сегменты высвободились наружу, соединились в клинок.

— Да, — улыбнулся парень, — наверное, ты прав. Мы чистильщики. Уничтожители одержимостей. Служим в гарнизоне Урупском, что у Большого Кубанского Поля.

Насколько я помнил, полями местные называли аномальные участки земли, что возникли тут и там после Большой Войны. Это были поля особо ожесточенных сражений, часто с применением магии массового поражения.

Тысячи и сотни тысяч людей погибали там одновременно, создавая своими эмоциями чудовищных и совершенно безумных ифритов. Позже, такие ифриты превращались в настоящие чудовища.

Например, танк-одержимость, чей Ифрит Сильной Жажды Убивать, гонит его в населенный пункт, чтобы уничтожить всех его жителей. Или одержимость-вертолет с Ифритом тяги к Предсмертной Панике на борту. Он будет носиться по всему небу, сбивая любой летательный аппарат, лишь бы поддерживать в себе эту эмоцию.