Барбара Хоппер. Шестьдесят пять лет. Американка, кажется, протестантка. Работает в социальной службе, помогая детям, которые подвергаются жестокому обращению со стороны родителей, детям, потерявшим родителей в автокатастрофе, эмоционально неуравновешенным детям и тем, кто отказывается ходить в школу. Почему эта супружеская пара так глубоко связана с детьми? Точно известно одно: своих детей у них нет и не было.

Майко подошла к стене и стала рассматривать фотографии одну за другой. Как подумаешь о том, что все эти дети были сиротами, хочется узнать, кем они стали теперь.

Худенький мальчик стоит на лесной тропинке, руки за спиной, смотрит вверх и смеется. Девушка-подросток поет, сложив руки у груди, подражая оперным певицам. Негритенок в шортах широко расставил ноги, схватившись руками за бедра, хохочет так, что даже десны видны. Два азиатских ребенка: мальчик смотрит в небо, облокотившись на подоконник, и девочка стоит на четвереньках на лестнице в тапочках, надетых на руки. Мальчик, лежа на диване, пристально смотрит в камеру. Девочка, похожая на рыжую Энн, неловко прижимает к себе кошку и смотрит в одном направлении с ней. Интересно, куда они смотрят? Под фотографией дата: 15 сентября 1973 г.

– This girl could speak in Cat language.

Девочка-кошка? Майко попробовала посчитать, сколько лет этой девочке сейчас. Когда начинаешь хоть немного понимать язык взрослых, перестаешь разговаривать по-кошачьи. Кошкам наплевать на собеседника, а взрослым нельзя так себя вести. Девочка могла разговаривать с кошками до девяти лет. Она, Майко, до восьми лет говорила на языке, который взрослые не понимали. Хотя девочка уже выросла, интересно, как она разговаривает теперь?

– Her name is Helen. She has Greek roots. Now look at this boy. У него несчастный вид, правда?

На самом деле. Рядом с девочкой-кошкой висела фотография худенького мальчика, он сидел на руках у женщины, похожей на Барбару в молодости, и смотрел косящим взглядом, как будто чего-то боялся. Эта фотография была датирована 29 июля 1960 г.

– Мальчик был психически не стабилен. Родители жестоко обращались с ним, и, к сожалению, он абсолютно перестал доверять животным под названием «взрослые». Я сделал эту фотографию в то время, когда мы только взяли его к себе. Видно, что он всего боится. Нам потребовалось много усилий, чтобы заслужить его доверие. Именно благодаря ему мы научились правильно обращаться с детьми. Сейчас он работает педиатром, его зовут Сэмюел Пул. Сэм – мой самый первый ученик, старший брат всех остальных детей, которых вы здесь видите.

– А кто эта игривая девочка, изображающая оперную певицу?

– А это Пенелопа, очень умный ребенок. Когда ей было двенадцать лет, ее родители погибли в авиакатастрофе, и она оказалась у меня. Отец Пенелопы был моим хорошим другом. Не только другом, но и единомышленником. Пенелопа сама часто приходила ко мне в гости еще до гибели родителей, к тому же она была очень привязана к Нью-Йорку, вот и решила пожить у меня, а не перебираться к родственникам в другие края. Двенадцать лет – это по сути взрослый человек. На фотографии ей пятнадцать. Она уже оправилась от шока, вызванного гибелью родителей. Пенелопа была сгустком талантов. Трудно сказать, чего она не умела. She was born to be a Rental Child. По собственной инициативе она делала все и даже больше того, чтобы реализовать мои идеалы. Я изучал философию в университете, ей же вся эта университетская философия была понятна на интуитивном уровне.