|
Беги, Темуджин! Беги, иначе тебя ждет смерть! – Спасибо за слова, прозвучавшие вовремя, – ответил Темуджин. – Ты предупредил меня, Джамуха, и тем самым спас. Ты мне больше брат, чем кровные братья. Отныне ты мне анда! Я никогда не забуду, что ты сделал для меня. – И ты мне анда, Темуджин, – взволновано проговорил Джамуха. – Бери моего коня и скачи прочь отсюда. – Нет, я останусь. Сыну Есугей багатура негоже бегать от опасности. Езжай домой и веди себя, как ни в чем не бывало. Мы еще встретимся, Джамуха! Прощай! – Прощай, Темуджин! – и мальчик, хлестнув коня, ускакал прочь. Все ночь Темуджин не спал, опасаясь упустить Бектера. Еще до рассвета он поднялся с лежанки, тихонько разбудил семилетнего брата Хасара, который, несмотря на свой возраст, хорошо стрелял из лука, и с ним покинул юрту. На улице братья натянули тетивы на свои луки и собрались уходить к реке. Они взяли с собой две имевшиеся стрелы со стальными наконечниками – на всех остальных стрелах наврешия были из кости или обожженного можжевельника. Оэлун заподозрила неладное и догнала братьев на берегу Сангура. – Что вы надумали? Зачем вам боевые стрелы? – напустилась она на сыновей. – Иди домой, мать, – ответил Темуджин. – Мы сделаем то, что должно. Иначе тайджиуты убьют не только меня, но и остальных. – Недаром ты родился с кусом запекшейся крови в руке! – крикнула Оэлун. – А твоего малолетнего брата нарекли Хасаром, как свирепого пса. Вы готовите братоубийство, как дикие звери, как кровожадные хищники! Вы… – Иди в юрту, мать, – спокойно сказал Темуджин. – Пойдем, Хасар. …Путь в становище джардаранов лежал по краю соснового бора. Посадив брата в засаду у большой, корявой сосны, Темуджин спустился в долину и вновь поднялся к лесу уже за спиной Бектера. Тот не оглядываясь, шел по опушке, помахивая тяжелой дубинкой. Сражаться с ним врукопашную, нечего было и думать. Темуджин, стараясь не шуметь, догнал сводного брата, и, наложив стрелу на тетиву, начал красться следом. Когда Бектеру осталось несколько шагов до корявой сосны, Темуджин окликнул его. Хасар вышел из за ствола, целясь в Бектера. Сын Сочихэл оказался меж двух огней и понял, что ему не спастись. – Не трогайте Бельгутея, я ничего не говорил ему, – попросил он, сел на корточки и закрыл глаза. – Стреляем вместе! – приказал Темуджин шмыгающему носом Хасару. – Ну… Ху урра! Братья спустили тетивы одновременно. Стрелы ударили в грудь и спину Бектера, пробив его тело насквозь. Мальчик завалился набок и попытался отползти в сторону, окрашивая лесную траву кровь, но вскоре силы оставили его. Несколько раз, со свистом вдохнув, Бектер вытянулся и умер. Темуджин обломал стрелы, сберегая драгоценные наконечники, поправил на голове отцовский малгай и братья отправились в обратный путь… Глава одиннадцатая «Еще вздрогнет небо от копоти!» Еду в «Вечерку» с надеждой получить заказ на статью. В редакции меня поджидает Ящер. В его глазах явственно читается испуг. Вежливо, но крепко взяв меня за локоть, он тихо шипит мне в ухо: – Вы уволены, Новиков. Думаю, объяснять ничего не надо? Бегунок оформлять не надо, трудовую получите в кадрах, расчет – в кассе. Прощайте. Объяснять действительно ничего не надо. Н да, быстро работают граждане начальники чекисты! Не сказать, что слова Ящера поразили меня, как гром среди ясного неба. Чего то подобного я, в общем то, и ожидал. Правы те, кто утверждает, что КГБ – всесильная организация. Более того – на месте следователя я бы тоже обиделся и постарался максимально испортить жизнь такому, как я. Чтобы держал язык на привязи и думал головой, прежде чем лаяться по матери. Расчет меня приятно удивляет – аж целых шестьдесят семь рублей! Сумасшедшие деньги. |
