Сейчас он разберётся.

4

Человек-тень

Прижав ожерелье к груди, Джастин наскоро похватал деревянную коробку и карточку со стола и помчался к себе в комнату. Какое счастье, что брат вспомнил ещё одну старинную мелодию и теперь выводит её на своей новой замечательной трубе. Значит, родители надёжно заняты, а Джастин может побыть в одиночестве.

Влетев в комнату, он захлопнул дверь. Сердце колотилось нещадно – сразу же вспомнились те куклы в витрине, тогда он тоже ощущал что-то подобное. Джастин плюхнулся на кровать, чтобы поскорей рассмотреть повнимательней ожерелье. Он пробежал пальцами по гладкой костяшке, обвёл углубления глазниц.

– Давай, зажгись ещё разок, – шепнул он, так и сяк вертя черепок в поисках кнопки или отсека для батареек – чего-то, что бы объяснило внезапную вспышку света. Но в глазницах было по-прежнему темно.

Никакого огонька.

Ничего.

Просто уродливое ожерелье. Джастин перечитал слова на карточке: «Остерегайся теней. Да пребудет с тобой защита». Затем произнёс их снова, и ещё раз, и ещё, пока они не слились в кашу, но никакого потайного смысла в них ему так и не открылось. Он как следует проверил коробку. Может, двойная стенка? Или какая-нибудь подсказка насчёт ожерелья, почему оно вдруг загорелось изнутри красным?

Нет. Ничего.

В тысячный раз за сегодня Джастина охватило разочарование. Может, это и был какой-то обман зрения. Просто показалось. Как с теми куклами. Он вздохнул.

– Дур-рацкий кусок костяшки! – вырвалось у Джастина от злости. Он вскочил с кровати и кинулся к мусорной корзине. Захотелось разделаться с этим ожерельем раз и навсегда. «И зачем мне только эта отвратная, дикая гирлянда на шею», – решил уже было Джастин.

Он нажал на педаль, и крышка мусорки открылась. Джастин занёс ожерелье над мусорным ведром, как вдруг... Глазницы черепа снова загорелись.

Джастин застыл, боясь пошевелиться, как бы не спугнуть этим свет в глазницах. Он уставился на череп, чтобы точно убедиться, что в самом деле видит то, что видит. Глазницы светились зловещим красным светом – прямо-таки демоническое зрелище.

– Да как... – Джастин убрал ногу с педальки, и мусорка захлопнулась.

Только тогда глазницы перестали гореть. Свет потихоньку погас, и глазницы снова стали совершенно чёрными. Однако на этот раз Джастин мог не сомневаться в том, что видел. Ожерелье светилось загадочным светом. Он не мог этого объяснить, но глазницы светились.

Следуя интуитивному порыву, Джастин нацепил ожерелье на шею – увесистый череп сразу оттянул цепь. Припомнились слова мамы о том, что бабушка никогда не снимала его, до самой смерти.

– Тоже мне, защита, – буркнул Джастин, глянув мельком на карточку со странной подписью.

Есть там смысл или нет, а защита всегда пригодится. Вот хотя бы от Колтона с его издёвками. Вдруг амулет поможет? Терять- то уж точно нечего. Джастин подумал и запихнул черепок под рубашку, чтобы было не видно. Всё-таки выглядит эта побрякушка не очень-то привлекательно.

Однако образ красных горящих глазниц никак не давал ему покоя. И потом: если амулет мог такое, то чего ещё от него ожидать?

– Стойте, подождите меня! – закричал Джастин, видя, как дверь школьного автобуса закрывается. Но дверь всё-таки закрылась прямо у него перед носом, и автобус уехал без него, пустив ему в лицо облачко вонючих выхлопов. Джастин погнался было следом, но догнать автобус он точно не мог, а водитель его, очевидно, не заметил.

Да и кто его вообще когда-то замечал?

Последнее, что Джастин успел увидеть перед тем, как автобус вильнул за угол и оставил его в одиночестве перед школьным крыльцом – лицо Райли в заднем окне.