Митя сделал этот снимок в день нашего знакомства. Смешно все получилось, ведь именно он пригласил меня на свидание. Матвей просто потерял ключи и заехал за ними. И вот, спустя пятнадцать минут мы уже смеялись и смотрели друг другу в глаза, понимая собеседника без слов.

Митя тоже все понял и вскоре ушел с длинноногой блондинкой, с которой познакомился этим же вечером. Только перед этим запечатлел на память нас с братом. Сказал, что если вдруг Матвей пропадет, то он предоставит полиции внешность похитительницы.

Этот же снимок Митя и увековечил в картине. До этого дня мне она нравилась, и я была благодарна за этот подарок. Сейчас же она давила, занимала слишком много места.

Не выдержав, я вскочила с кровати и сняла картину со стены. Разрезать или разломать у меня не было сил, куда деть ее я не знала. Слишком большая, и щелей между мебелью и стеной у нас нет.

Пришлось опустить ее на пол и развернуть изображением к стене.

Стало чуть легче. Я опустилась на пуфик у туалетного стола и встретилась взглядом со своим отражением.

Встреча оказалась не особо приятной. Глаза красные, нос тоже, косметика кое где стерта, кое где размазана. Жалкое зрелище.

Слезы опять навернулись на глаза. Надоело! Все равно эти нюни ничего не решат. А что решит? Разговор?

Ответом мне на незаданный вопрос стал стук в дверь.

– Котенок, открой, давай поговорим. Я тебе все объясню. Ты не так поняла…

Я засмеялась. Ну конечно.

– Кать, – позвал Матвей, – маленький, ты же знаешь, я только тебя одну люблю.

– А чтобы детей делать, необязательно кого то любить, – отозвалась я.

– Это не мой ребенок.

– То есть, девушка принесла малыша постороннему мужику? А ты, наверно, снимаешь ей квартиру, содержишь, потому что альтруист, верно?

Я даже не скрывала сарказм. Пусть знает, что я не верю ни одному его слову! Митя никогда бы не бросил своего ребенка. При всей его любвеобильности, он всегда серьезно относился к браку и детям. К тому же, у брата мужа с деньгами все хорошо. Не могу представить ни одной причины почему бы он финансово не поддержал мать своего ребенка. Кроме одной – Митя не имеет никакого отношения ни к этой Ане, ни к ее ребенку.

– Кать, открой. Я все расскажу, объясню.

Слушать очередную ложь не было никакого желания, но что же делать? Собрать вещи и уйти из квартиры? Сбежать? Заманчиво, но для этого нужно открыть дверь и выйти. Столкнуться нос к носу с Матвеем. Этого мне сейчас совсем не хотелось. Я морально истощена, обезоружена предательством и просто не выстою под натиском мужа. Что что, а убеждать он умеет.

– Матвей, уходи. У тебя там ребенок один, а я хочу спать.

– Кать…

– Уходи!

Мой голос сорвался на крик и муж отступил:

– Хорошо, поговорим завтра. Я тебе все объясню и расскажу. Спокойной ночи, маленький.

Это его нежность и мягкость словно нож в сердце – больно до одури.

Как жаль, что телефон я забыла на кухне. Сейчас мне просто необходимо было переговорить с Митей и услышать его версию. Проблема лишь в том, что сделать это не так уж и просто. Мужчина все еще в рейсе, а мобильная связь там ловит только в порте. Но, быть может, мне повезет?

Нужно только подождать пока Матвей заснет, пробраться на кухню и забрать оттуда телефон!

Глава 3

Матвей

Я ворочался с бока на бок. Сон не шел, я не мог найти приемлемое положение на чертовом диване, а еще мне не хватало рядом Кати. Ее легкого, едва уловимого медового запаха, холодных пальчиков на ногах, теплой, упругой попки, которая всю ночь упирается мне в пах.