— Мы не такие везучие, как ты, Ариадна, — напомнила ей Мелоди. — Некоторым из нас нужны покупатели, чтобы быть в состоянии платить за помещение.

Хлоя подняла тщательно выщипанные брови в наигранном удивлении.

— О, пожалуйста, Мелоди, ты же не ждешь, что мы поверим этому! Ты, как говорится, родилась с пресловутой серебряной ложечкой в твоем миленьком ротике, верно?

— Прекратите пикировку! — прикрикнул Роджер. — Давайте лучше решать, как надежнее всего разделаться со стервятниками, что торчат за дверями наших магазинов. У меня прибыла партия хрусталя, которая должна пройти таможню, и мне некогда болтаться без дела, пока газеты наживают капитал за наш счет.

— Пусть тогда Джастин побеседует с журналистами, — заявила презрительно Хлоя. — Он скорее добьется симпатии с их стороны, чем наша богатая брюнеточка.

— Порой ты говоришь, как торговка рыбой на рынке, Хлоя, — упрекнул ее Эмиль.

Джастин Александер выехал вперед в своей инвалидной коляске и огляделся вокруг.

— У нас нет времени на междоусобицу, — сказал Джастин. — Толпа снаружи растет с каждой минутой и становится все более беспокойной. Давайте поскорее закроем вопрос.

— И будем держаться вместе, — предложила Ариадна, украдкой подобравшись к Фредерику, и просунула руку ему под локоть. — Как там у них говорится? «Вместе мы победим»?

— Что касается тебя, Ариадна, то проблема в том, — с горечью заметила Хлоя, — что ты никогда не была обременена супругом. Иначе ты бы так не бегала за всеми мужчинами.

— Неужели я одна здесь помню, зачем мы в первую очередь устроили бал-маскарад? — спросила Мелоди с явным раздражением в голосе.

— Чтобы пустить пыль в глаза, — решительно бросила Хлоя. — Поэтому избавь нас от твоих проповедей насчет сирых и обездоленных. Главное тут — определиться, во что обойдется нам желание не допускать этих попрошаек к входным дверям наших магазинов. Для меня самым лучшим было бы, если б все они исчезли с лица земли. Однако мы понимаем, что публично заявлять об этом политически неправильно.

— Я бы не заходил так далеко, — возразил Эмиль.

— Я тоже, — вставил слово Джастин.

Но и эти двое не были готовы выступить в защиту обиженных судьбой, ясно поняла Мелоди. Если добраться до существа дела, то Хлоя права. Для большинства людей показная сторона и всемогущий доллар — главное.

— Чего вы боитесь? — спросила Мелоди. — Репортеры, пытающиеся добиться интервью с нами, это те же самые люди, которые поддерживали нас хорошей рекламой и помогли продать в течение месяца все билеты. Вполне естественно, что они пришли сюда снова, ожидая свежих новостей.

— Боже, спаси меня, грешную! — выдохнула Хлоя с возмущением. — Ты случайно не нанялась заговаривать нам зубы? Они как ищейки, взявшие след, а мы — добыча.

К сожалению, вскоре выяснилось, что Хлоя была права. К журналистам присоединилось много публики со стороны, и настроение толпы было далеко не дружественное. То, что на прошлой неделе воспринималось как достойное дело в помощь нуждающимся, теперь истолковывалось как эпизод партизанской войны против невинных прохожих. За одну ночь облик владельца магазина оказался очерненным: его побудительные мотивы сводились к жажде наживы и к ненависти по отношению к несчастным людям.

— Сет Логан был сбит машиной неподалеку от своего дома и, возможно, никогда не будет ходить снова, — начал один из репортеров.