Повернувшись лицом к Лобову, Абрамов произнёс:

— Меня можно найти в Автозаводском ОВД. Я всегда бываю там с самого утра.

Абрамов сел в машину и уехал.

Сидальскому позвонили во второй половине дня. Неизвестный предложил ему встретиться на выезде из города и обсудить ряд вопросов. Яков Семёнович созвонился с Артуром Витальевичем и, посоветовавшись с ним, решил поехать на встречу.

Выезжая из города, Яков Семёнович увидел стоявшую у бровки дороги «девятку» цвета «мокрый асфальт». Около машины прогуливался молодой человек в кожаной чёрной куртке. Сидальский попросил водителя остановиться около машины и направился к молодому человеку.

— Здравствуйте, — поздоровался с ним Яков Семёнович, — Вы, наверное, ждёте меня?

— Если Вы Сидальский, то да.

— Что Вы от меня хотите?

Парень ничего не ответил, а повернулся и направился к своей машине.

— Погодите же! — Сидальский бросился вслед за ним.

Парень остановился около машины и, повернувшись к Якову Семёновичу, произнёс:

— Если Вы до этого момента не поняли, чего мы хотим, то я не вижу смысла с Вами разговаривать. Видно, то, что мы Вам говорили, Вы не восприняли, теперь с Вами будут говорить уже по-другому и в другом месте.

Молодой человек сел в автомашину и, развернув её, быстро поехал в сторону Челнов.

Сидальский не знал, что делать дальше. Сейчас он понимал, что время переговоров, по всей вероятности, закончилось, и сейчас наступает второй этап, который будет более жёстким в отношении него.

Вдруг из придорожных кустов стрелой вылетел мотоциклист. Двигатель мотоцикла ревел как-то по-особому, надрывно и громко. Мотоциклист на секунду остановился у его машины и, выхватив из кармана пистолет, произвёл три выстрела по ней. Из машины выскочил водитель и по армейской привычке упал на дорогу, руками закрыв голову. Всё это чем-то напомнило Сидальскому фрагменты американского кино, и он даже как-то зачарованно следил за мотоциклистом. Тот сунул пистолет за пазуху и, газанув, с рёвом скрылся опять в придорожных кустах.

Когда грохот мотоцикла стих, с земли поднялся водитель и стал отряхивать костюм, который за эти несколько секунд приобрёл довольно жалкий вид. Он подошёл к Сидальскому и молча передал ему ключи от машины.

— Извините меня, Яков Семёнович, у меня семья, и я в таких экстремальных условиях работать не хочу. Вы уж сами разберитесь со своими проблемами.

Он повернулся и медленно побрёл в сторону города.

Сидальский хорошо понимал, что это была акция устрашения. Убивать его сегодня явно не входило в планы этих людей, однако это пока, а что будет завтра, он уже не знал. Сев в машину, он понял, что ехать невозможно, у машины были прострелены два колеса. Он побрёл вслед за водителем в сторону города.

Лобов зашёл в кабинет и попросил секретаря срочно разыскать Гаранина. Пока Вера разыскивала его, в кабинет вошёл Пух.

— Здравствуйте Анатолий Фомич, — произнёс он и протянул Лобову руку.

Лобов привстал со стула и пожал её.

— Присаживайся, Пух. Давай выкладывай, что ты там нашёл?

Пух улыбнулся, лукаво взглянув на Лобова:

— Как ты и ожидал, шеф, проверку из министерства внутренних дел организовал Шигапов. Он лично просил министра с тобой разобраться, но выяснилось, что у ментов на тебя ничего определённого нет. Да и сам Хромов был на твоей стороне, говорил, что ты самый обыкновенный коммерсант. Короче, Шигапов остался на нуле. Это первое. Второе. Встречался с Сидальским. По-моему, мы его сильно напугали. Ты бы видел, он чуть не бегом побежал за моей машиной. Сейчас он, наверное, ждёт от нас какой-нибудь подлянки. Как мне рассказали ребята, он пешком шёл до завода, так как водитель отказался его возить.