Каждый моряк на Боспоре знает, женщина на корабле — к беде. И потому с древних времен баб в море не берут. Старые эллины объясняют это так: для морской царицы жертв хватает - нашего брата в море тонет немало, а вот морскому царю... И поэтому, как только он узнает, что на корабле женщина - сразу в то место посылает шторм, и посудине конец. Знал про это и царевич Митродор. Напрасно думали Сотир и Левкон, что юный царевич только играет в бабки да волочится за девчонками. Он часто торчал в гаванях, дружил с моряками и к большому плаванию был готов. Знал свою слабость в коммерции, но надеялся на кибернета Аркадоса. В поход по побережью снаряжался средней величины корабль, он нес на себе много парусов, был быстроходен, но там находился только один кормчий, а на смену ему вставал капитан судна или кибернет, как его звали греки. Вот этим кибернетом и был Аркадос, молодой, но опытный моряк. Матери он лишился рано, воспитывал его отец на корабле, тот тоже был кибернетом.

Корабль разбился, молодой Аркадос выплыл, а старый отец пропал в пучине вод. Судно снаряжалось в гавани Тиритака, недалеко от Пантикапея, и поэтому Митродор постоянно жил на корабле. За день до отплытия к нему приехал Левкон и сказал:

- У меня, митро, к тебе великая просьба - увези в Фероскиру мою невесту.

- Но мы не заходим в Фермоскиру. Там ойропаты.

- Зайди.

- Кибернет не примет женщину. Морской царь...

- Мы обманем морского царя и кибернета, мы оденем ее мужчиной. Она пойдет как твой слуга. Но будь истинным митро - не дотрагивайся до нее, не то оторву голову, как воробью.

Митродор боялся Левкона, он знал также, что в приданом у невесты флот, и согласился. Перед самым отплытием в Тири-таку пришла фелюга Левкона, и с нее на корабль перешел молодой, стройный, красивый юноша и расположился в каюте Митродора. Провожали его Левкон, старый архонт Спарток и какая-то незнакомая женщина. В соседней гавани Нимфее слуга попросил пристать к берегу, сошел в порту, но скоро вернулся. Митродору он показался более красивым и чуточку повзрослевшим.

В каюте Митродор сказал слуге:

- Я знаю, что ты невеста брата, как тебя звать?

- Зови меня Несси.

- Как можно реже показывайся кибернету. Узнает - высадит.

- Разве не ты главный на корабле?

- Все мы боимся морского царя. Корабли с такими красавицами он топит без пощады.

Корабль из Нимфея направился в Горгипию. Море было спокойно, паруса несли судно ходко, благо, ветер был попутный...

... На пятнадцатый день пути моряки узнали, что слуга Митродора никакой не слуга, а ойропата, что ее собираются завозить в город, где женщины убивают мужчин. О падении Фермоскиры они не знали, и всякий думал про себя, что если амазонки овладели таким огромным флотом, то истребить команду одного корабля им ничего не стоит. Они отказались заходить в Фермоскиру и угрожали бунтом.

Митродор растерялся, не знал, что предпринимать. А слуга спокойно предложила высадить ее в первой же бухте и продолжать плавать без нее... Мелета, а это, как вы догадались, была она, и сама не намерена была заходить в Фермодонт. Она знала, что где-то здесь в горах находится хутор Ликопа, она, наверное, встретит Хети и узнает о судьбе Арама.

Кибернет Аркадос с радостью согласился с девушкой и высадил ее на берег, дав ей немного продуктов.

В одном горном селении Мелета купила коня и узнала дорогу до хутора. В полдень того же дня она добралась до знакомых ей мест. Проезжая около скалы, с которой прыгнул барс на Хети, она увидела на каменистой дороге темно-коричневое пятно. Кровь зверя и охотника еще не успели смыть дожди, которые в этих краях были редки. На Мелету нахлынули воспоминания, и тревожно забилось сердце. Что ее ждет, какие вести о любимом она узнает на хуторе?

А вот и хутор. Здесь мало что изменилось, было тихо и пустынно, хотя пара гнедых хорошо упитанных кобылиц, которая паслась около плотины, дала понять, что хутор обитаем.