Асин почти не дышала – не могла, после того как сердце подпрыгнуло и застряло в горле. Зато она отчетливо чувствовала каждый его удар, а еще – полыхающие огнем щеки, которых касались холодные пальцы, пахнущие лепешкой и сыром. Асин первой отвела взгляд. То ли струсила, то ли ощутила неловкость – так и не поняла. Она в принципе не слишком много понимала в тот момент, разве только одно: Вальдекриз почти не изменился. Будто и не было этих долгих шестидесяти дней.

– Прости, что не зашел.

Фраза оборвалась резко, будто за ней непременно должно было идти по пятам продолжение, но заплутало и потерялось. Асин даже потянулась, чтобы схватиться пальцами за рубашку Вальдекриза и попросить отыскать отбившиеся слова, когда он продолжил:

– Осторожно поднимись на носки и посмотри на пристань.

Он не разменивался на «Рассказывай, что нового произошло». Асин выпрямилась, поднялась и почувствовала, как теряет опору, но теплая рука Вальдекриза тут же удержала ее за пояс, будто спасение девиц от падений было делом привычным.

– Видишь тех двоих, в черном и с квадратными лицами? Твой ненаглядный ко мне приставил. Вроде я могу спокойно по Рынку разгуливать, а вроде…

Расспрашивать подробнее Асин не стала. Двое у трапа действительно смотрелись недружелюбно. Казалось, они недовольны всем – от слепящего солнца до шумной толпы, которая колыхалась волнами у пристани, ожидая прибытия гостей с Каменного Великана, четвертого из пятерых островов-братьев. Даже когда судно приблизилось, Асин продолжало казаться, будто оно наспех вырезано из бумаги. А больше всего оно напоминало вытянутое китовое туловище – у него и глаза по бокам имелись. Ребятня кричала, свистела, топала, покачивались в воздухе тонкие веточки-руки. Жители Первого были рады увидеть увешанное снастями сказочное чудище, по борту которого, точно по спине, расхаживали матросы. Все как один – ладные, высокие, кудрявые. Асин сморгнула: они и правда выглядели не то чтобы похожими – одинаковыми. Тряхнув для верности головой, она резко опустилась на пятки.

– Я даже не знаю, что сказать, – произнесла Асин, заправив прядь волос за ухо и пожав плечами. – Вроде столько не виделись, а не знаю.

– Ну давай я начну? – предложил Вадьдекриз и, забрав с прилавка свой остывший сыр, подставил локоть, за который Асин неловко уцепилась. – Голодная?

– Что? – удивилась она, ожидая услышать что угодно, кроме такого обыденного, звучащего каждый день – и не по одному разу – вопроса.

– Давай орехов в меду тебе возьму. – Он тихо засмеялся, глядя уже не на нее, а в сторону, где расположились ряды полупустых палаток. Асин знала: спустя какой-то час они будут ломиться от еды, которая пока терпеливо ждет, накрытая плотным куском ткани. Потому что наговорившиеся и явно проголодавшиеся гости наверняка захотят опустошить – голову от лишних мыслей и свои карманы. А ничто – это Асин знала наверняка – так не помогает отвлечься и расслабиться, как хорошая еда.

– Давай, – согласилась она, пускай орехов, даже мягких, сладких, ей не хотелось вовсе.