— Да уж, крутые вы ребята.

— Вот именно! Я думаю, что нам просто надо сделать остановку в Миклегарде. Я поговорю об этом с омбудсменом по охране труда.

Фейринг застегнул молнию на куртке и пошел по направлению к гаражу. Вик последовал за ним.

Валманн встретил Рюстена в коридоре.

— Я уже думал, черт возьми, объявлять тебя в розыск! — Рюстен редко бывал таким возбужденным. Он протянул Валманну лист бумаги.

Тот бросил короткий взгляд и почувствовал, как головная боль возвращается.

— И ты подумал, что этим могу заняться именно я?

Рюстен окинул его таким взглядом, что Валманн незамедлительно почувствовал себя прогульщиком, отлынивающим от работы. Да к тому же с похмелья.

— Давай быстрей. Энг и Нольде уже в машине. А может, ты сам сегодня за руль сядешь? — Намек на улыбку несколько смягчил серьезное выражение лица.

Валманн подумал, что отвечать не надо.

— Да, я так и подумал. И знаешь что? Я подумал про тебя, потому что это место очень удобно расположено — улица Фритьофа Нансена. Когда вы там закончите, ты пешком дойдешь до дома и будешь спать дальше.

— И зачем только нужны друзья?

— Ну давай. Надо, по крайней мере, опередить корреспондентов местной газеты.

Его тон стал натянуто легким и бодрым, как это часто бывает у полицейских, когда они понимают, что предстоящее дело будет нелегким. На листе бумаге, который Валманн держал в руках, сообщалось, что в частном доме была обнаружена мертвая женщина при подозрительных обстоятельствах. Этот факт подтвердил патруль, который туда вызвали. Он сейчас оцеплял место происшествия.

«Черт возьми, хорошенькое Рождество…» — еще раз подумал Валманн, открывая дверь в гараж и вдыхая порцию бензина. В начале рождественского сезона хорошее настроение почему-то всегда омрачалось какой-то неприятностью, которая окутывала его как мокрое шерстяное одеяло. Он не стал размышлять о причинах этого явления, но у него появилось явное предчувствие, что это именно так и произойдет.

6

У особняка их уже ждал полицейский. При их приближении он сделал предупреждающее движение рукой. Входная дверь была полуоткрыта. Заглянув в дом, Валманн увидел кровь, а затем голову и плечо лежащей на полу женщины.

— Давайте зайдем с заднего входа, через кухню, — предложил полицейский.

Это была старый деревянный особняк белого цвета с облупившейся обшивкой, пристроенным тамбуром и второй входной дверью, расположенной сбоку напротив почти нового гаража. И сам дом, и пристройка были типичными для этого фешенебельного района. Второй полицейский в этот момент как раз протягивал ленту оцепления вдоль забора, выходившего на улицу. Под его ногами скрипела снежная корка. Интересно, подумал Валманн, изучил ли кто-нибудь следы на снегу, прежде чем затоптать их?

— Кто ее обнаружил?

— Посыльный из цветочного магазина, приехавший с букетом цветов. Мы записали его имя и адрес. — Полицейский, стоявший на лестнице, с рвением старался подчеркнуть, что они все сделали правильно, по инструкции. — Бедный парень.

Да уж, привезти букет цветов женщине и обнаружить ее за дверью убитой на полу! Ирония до такой степени превратилась в гротеск, что даже видавший виды Валманн поежился.

Она лежала на полу в прихожей. И хотя лица ее видно не было, по ее неестественному положению и следам крови на полу, мебели и стенах было ясно, что ее здорово отделали. Нольде уже занял свою позицию и раздавал всем пластиковые шапочки, латексные перчатки и бахилы на обувь. Он позвонил в отделение, чтобы попросить подкрепление, и по его лицу было видно, что ему не по себе.