Уильям разразился потоком брани, но Мереуин не остановилась. Скрипя зубами, борясь с головокружением, она подбежала к лошади, которая испуганно всхрапнула, почувствовав запах крови. Бормоча ласковые слова, Мереуин попыталась поймать ногой стремя, цепляясь за шею лошади, Боль накатывала волнами, вызывая дурноту, но страх придавал силы. Мереуин вскарабкалась в седло и наклонилась, чтобы выдернуть зацепившийся за стремя подол юбки. Лошадь неожиданно шарахнулась в сторону, и девушка, потеряв равновесие, рухнула в пыль. Жуткая боль рванула плечо, Мереуин закричала и провалилась в черноту.

Огромный дом в Равенслее был полностью освещен, когда лорд Монтегю и Александр Макэйлис влетели на мощенный булыжником двор.

– Что за чертовщина тут происходит? – проговорил Иен, соскользнул с седла, бросил поводья подбежавшему конюху и быстро прошел в дом в сопровождении Александра.

Едва он ворвался в вестибюль, ему на грудь упала бьющаяся в истерике Марти.

– О, слава Богу, вы здесь, ваша светлость!

Мягко высвободившись из судорожных объятий худых рук, Иен поднял голову и увидел толпившихся за спиной домоправительницы слуг с серьезными, угрюмыми лицами. Предчувствия, терзавшие его с той минуты, как Александр рассказал о действительных отношениях Мереуин с Уильямом Роулингсом, переросли теперь в настоящий ужас. Глядя сверху вниз в заплаканные глаза Марти, он слегка встряхнул ее, пытаясь привлечь к себе внимание:

– Марти, что случилось? Где Мереуин?

Ответ подтвердил его худшие опасения.

– Уехала, ваша светлость, уехала, уже несколько часов назад!

Александр сделал непроизвольное движение вперед, но Иен не обратил на это внимания, чувствуя только, как у него останавливается сердце.

– Куда? – спросил он, не узнавая собственного голоса.

– Уехала из-за в-вас, милорд. Г-говорит, еду д-домой. Я попробовала остановить, да не сумела. Взяла лошадь, что вы для нее купили, и уехала…

– И ни один из вас ее не удержал? – Йен обвел взглядом виноватые лица слуг.

– Прошу прощения, милорд, – выступил вперед Коллинз. – Мы прочесали всю дорогу до Доркинга, куда, по ее словам, направилась леди Монтегю, но не нашли ее.

Лоб Иена покрывался холодным потом.

– Вы хотите сказать, Коллинз, в Доркинге она не появлялась?

Лакей смешался под его пристальным взглядом.

– Д-да, милорд, если только не передумала и не отправилась еще куда-нибудь.

– Она уехала одна? – обратился маркиз к рыдающей Марти.

– Одна, милорд. О, я знаю, с ней стряслось что-то ужасное!

Александр и Иен понимающе переглянулись.

– Вы абсолютно уверены, что она направилась в Доркинг?

Седая голова судорожно закивала.

– Коллинз, вы другие дороги проверили? Она могла направиться в другой город и сослаться на Доркинг, чтобы сбить нас со следа..

Молодой человек кивнул, радуясь, что на всякий случай действительно проверил другие дороги.

– Мы обыскали все дороги на север, на юг, на восток и на запад. Вдобавок я послал двоих в Фартингдейл.

– И что?

– Они еще не вернулись.

Иен отвернулся, не сказав ни слова. Красивое лицо его вдруг постарело на несколько лет, возле губ залегли глубокие складки. Собравшиеся в вестибюле люди молча ждали, что он скажет, и никто не обращал внимания на темноволосого незнакомца, тихо стоявшего в стороне, пока не услышали низкий голос с легким акцентом:

– Иен, надо, наверное, послать кого-нибудь в деревню, разузнать, там ли еще Уильям Роулингс.