Было еще светло, когда они въехали на покрытый гравием задний двор «Фармерс-Отеля». Здесь останавливались все, кто проезжал мимо, а так как Пенни часто бывала здесь во время своих частых поездок, этот отель стал для нее почти родным домом.

Джон поднял ее чемоданы, и из-под навеса, укрытого с двух сторон вьющимися растениями, они проследовали в боковую дверь.

— Это ты, Пенни Бартлетт? — встретила их миссис Браун. Походкой вразвалочку она вышла из своего офиса, заслышав шаги в коридоре.

— Когда примешь ванну, можешь прийти и расписаться в книге, дорогая. Хочешь — верь, хочешь — не верь, но горячая вода в отеле имеется, Привет, Джон. Итак, ты доставил свой ценный груз в сохранности. Я узнала об этом от Беллоузов. Мистер Бартлетт заезжал к ним в полдень. Я полагаю, он прибудет сюда до полуночи. Вот ключ от номера Пенни. Можешь отнести ее чемоданы наверх. У меня нет помощников — еще не вернулись с выставки. Чай будем пить в гостиной.

Джон поднялся наверх с двумя чемоданами Пенни. Миссис Браун остановилась и тяжело, с присвистом дыша, крикнула в открытую дверь столовой:

— Клэр! Клэр! Принеси нам чай! — затем повернулась к Пенни. — Ты сможешь пообедать, когда уедут коммивояжеры. У меня есть жареное мясо. Как раз для тебя и меня.

— А Джон? Вы дадите ему кусочек, не так ли?

— Джон отправится в отель «Принц Уэльский». Конечно, они накормят его паршивеньким обедом, зато они все время твердят, что у них новые кровати, так что ночь он проведет удобно. Я думаю, он отыскивает себе местечко. Отель переполнен фермерами… все они были на Королевской выставке. Ну, входи и садись, дорогая. Итак, ты завоевала все призы? Ах, Пенни, моя Пенни… Я полагаю, отец гордится тобой, не говоря уж об этом старом скрипуне…

Пенни устало плюхнулась в одно из кресел миссис Браун в ее личной «берлоге».

— А зачем Джону ехать в «Принц Уэльский»? Разве у вас не найдется местечка, миссис Браун?

— Никогда еще не бывало такого, чтобы я не приготовила импровизированную постель для Джона Дина, дорогая, но я не потерплю, чтобы ты таскалась по всей стране днем и ночью с молодым человеком. Теперь ты взрослая. Кроме того, город наводнен фермерами и их женами со всех концов страны… я должна соблюдать приличия. Джон совершенно прав. К этому времени все в городе будут знать, что ты приехала с выставки с ним, а к девяти часам всем станет известно, что он получил постель и обед в «Принце Уэльском»… а ты здесь. Тогда все улягутся в постель счастливыми.

Пенни удивленно смотрела на миссис Браун.

— Но я путешествовала с Джоном всю свою жизнь, — неожиданно ей слегка взгрустнулось. — Разве вы не помните? Он, бывало, говорил: «Пенни поедет со мной. Она — моя девушка!»

— А… тогда ты была ребенком. Теперь ты взрослая. Кроме того, когда еще приедет мистер Бартлетт. Ты знаешь наши деревенские дороги. А сейчас пей чай, как умненькая девочка. Думаю, Джон вернется через минуточку и выпьет с нами чашечку чая.

Пенни молча пила чай маленькими глотками. Никогда еще в своей жизни она не была так удивлена. Она не знала, то ли радоваться, то ли огорчаться своему новому статусу! Она была огорчена тем, что не сможет пообедать вместе с Джоном; с другой стороны, ей придавало ощущение счастья сознание того, что Джон достаточно серьезно относился к ее новому положению, чтобы позаботиться о соблюдении приличий. Если она не могла остановиться в отеле с Джоном без сопровождающего лица, даже в том, который был почти родным домом, это говорило о многом. Джон сам установил новый уровень отношений между ними — «мужчина и женщина».