– У «этого» есть имя?

– Это не человек.

Он попытался сдержать раздражение и не смог:

– Кассиди!

– Что?

Трой обошел островок в центре просторной кухни.

– Тебе нужно дать этому название. Хотя бы более точные сведения.

Она поджала губы.

– Что случилось? Что ты сделала?

– Да ничего я не делала, просто сказала моему менеджеру, что это может случиться.

– У тебя есть менеджер?

– Бизнес-менеджер.

– Менеджер – в смысле импресарио?

– Да.

Новость застала Троя врасплох.

Да, конечно, у Кассиди приятный голос, но в целом ничего особенного. Певица так себе. Кто захочет вести ее дела? Почему кто-то станет вести ее дела?

На ум сразу приходили все виды обманов и разводки романтичных молодых женщин.

– Как его зовут? – с подозрением спросил он.

– Не будь таким шовинистом. Это она. Эйлин Ренард.

Трою сразу стало немного легче. С точки зрения статистики, женщины реже, чем мужчины, пользуются доверчивостью беззащитных молодых женщин в шоу-бизнесе. Не превращают их в стриптизерш, не сажают на иглу.

Он критически всмотрелся в лицо сестры. Выглядела она здоровой, но немного уставшей. Вряд ли сидит на таблетках. Слава богу.

Он вынул из буфета белую керамическую кружку.

– Почему ты вообразила, будто нуждаешься в менеджере?

– Она сама ко мне подошла, – пояснила Кассиди, садясь на табурет из кленового дерева за кухонным островком и со стуком роняя сумку на пол.

– Она просит денег?

– Нет, она не просит денег. Ей нравится мое пение. Считает меня перспективной. Это чистая правда. После шоу в Майами-Бич она пришла за кулисы. Она представляет множество прекрасных исполнителей.

– Что ты делала в Майами-Бич?

Последнее, что слышал Трой о Кэссиди, – сестра едва может позволить себе поездку в метро.

– Пела в клубе.

– Как ты туда попала?

– На самолете, как все.

– Это далеко от Нью-Джерси.

– Мне девятнадцать лет, Трой.

Он поставил перед ней чашку черного кофе.

– Когда мы виделись в прошлый раз, у тебя не было денег.

– С тех пор многое изменилось.

Он продолжал вглядываться в ее лицо в поисках раскаяния. И надеялся, что она не сделала ничего сомнительного, аморального или незаконного.

– Сейчас у меня дела обстоят лучше.

Он ждал, что она пояснит, и тем временем пил кофе.

– В отношении финансов, – добавила Кассиди, – все очень хорошо. Даже классно.

– Тебе не нужны деньги?

Он полагал, что деньги станут, по крайней мере, частью решения ее нынешней проблемы.

– Мне не нужны деньги.

Удивительно хорошая новость.

– Можешь сказать, наконец, в чем проблема?

– Я пытаюсь сказать, но ты учиняешь мне допрос третьей степени.

– Прости.

Он вынудил себя оставаться спокойным. Однако призвал себя сделать вид, что просто наблюдает за подозреваемым, а в этом случае его терпение было поистине бесконечным.

– Это кое-какие парни, – призналась она. Потянулась за сумкой и принялась рыться в ней. – По крайней мере, полагаю, что они парни. Судя по разговорам, это должны быть парни.

Она вытащила стопку бумаг:

– Называют себя фанатами, но очень уж пугающие.

Трой потянулся к смятым распечаткам имейлов, отметив легкое беспокойство в лице сестры.