— Внимание! Критическая ситуация! — отвлек меня механический голос системы. — Превышены допустимые значения! Внимание! Температурное значение выше пограничных! Рекомендовано остановить испытания!

Наушник надсадно взвыл, звук вошел в череп острой спицей. Мозг взорвался оглушительной болью.

— Князь, это база! Доложите статус!

Голос растянулся и лопнул с оглушительным звоном.

— Это Князь. Повторите, не слышу!

В ухе противно зашипело.

— Да что за хрень! База! Не слышу вас! — выругался я, сквозь боль в ушах, прислушиваясь к помехам.

— Дол… те…ста…!

По руке, которую я так и не опустил, побежали новые разряды и через секунду покрыли ее целиком.

Я хотел отпрянуть, но искры меня удержали, а через миг потянули прямиков в портал. Да еще с такой силой, что подошвы ботинок оставляли глубокие борозды на прорезиненной дорожке.

Пытаясь удержать равновесие, я уперся свободной рукой в стальной каркас арки, со всей дури дернул, пытаясь освободиться от золотых молний. Но стало только хуже.

— Макс, что за вспышка была? Какого… — почему он повторяет те же самые слова?

— Да тут… — я не успел ответить, как меня с невероятной силой затащило в сияющее золото.

— Я его потерял! — завопил Игорь. — Князь! Ответь немедленно!

Нервы пронзило одуряющей болью, тело с хрустом выгнулось, и я истошно заорал.

Но меня никто не услышал.

* * *

— Эй, князь, ты как? — незнакомый голос утонул в вате, в которую превратились мои мозги.

Рука машинально потянулась к уху, чтобы активировать связь, но пальцы ничего не ощутили. Куда делся шлем? Почему так сильно болит голова?

Веки просто не открывались. Язык прилип к нёбу, ужасно хотелось пить.

— Князь, вставай давай, нас дамы ждут, — продолжал зудеть хриплый голос. — Сколько ты вчера выпил-то? Да и бледный ты какой-то.

Действительно, сколько мы вчера приняли-то?

Стоп! Я же не пью!

Эта мысль заставила меня резко распахнуть глаза.

— О! Живой! — радостно завопили мне в ухо.

Чьи-то руки небрежно подняли меня, и я смог осмотреться.

Белый потолок, темно-зеленые стены, украшенные какими-то прямоугольниками с изображениями странно одетых людей. И это даже не голограммы! Кажется, самые настоящие картины. А с потолка свисала пыльная люстра. Я такие только в кино видел.

Возле короткого диванчика, на котором я сидел, стоял бравый молодой человек с усами не по уставу, сверкающими зелеными глазами и копной каштановых кудрей. Вид у него был крайне помятый.

— Владимир, готов к продолжению банкета? — спросил он и подмигнул мне.

«Почему Владимир? Я же Максим!» — мелькнуло у меня в голове.

Вслед за этим пришла другая мысль. Про золотое марево, портал и вопли связного.

Куда же меня перетащил артефакт?

Я лихорадочно думал, как повести себя. Зеленоглазый прищурился, ожидая моего ответа.

— Не узнаю вас в гриме, голубчик! — на ум пришла фраза из старого комедийного сериала.

— Князь, ты бредишь. Это ж я! Лерчик! — с вымученной улыбкой представился собеседник.

Пришлось сделать вид, что я его узнал.

— Пошли уже. Я знаю, где у твоего батюшки припрятаны пара бутылочек четырехлетнего Шато. Поправим твое здоровье. И мое заодно.

— Нет, думаю, на сегодня хватит. Голова трещит, — нахмурился я.

— Что-то ты совсем сдал, дружище, — сочувственно отозвался Лерчик. — Неужели это старость? Насколько ты меня старше? На год? Святые наместники! Что же ждет меня?

Он картинно завалился в кресло и расхохотался.