— Нет, поэтому и спрашиваю. Итак?

— Я хочу принять ванну в одинчестве, потому что я хочу подумать.

— О новых договорах или о том, каким способом убьют твоего мужа, когда твой брат не вернет деньги?

Константин встал из-за стола и подошел к ней.

— Или, может, о чем-то другом? — продолжил он. — К примеру, о том, что я соскучился?

— Об этом мы будем говорить после того, как в твоей крови не останется ни грамма алкоголя. А пока ты можешь почитать, проверить почту, порисовать, побеседовать с кем-то из твоих заграничных друзей по Skype или написать что-то в дневнике.

— Можно хотя бы почитать тебе вслух?

Марика развела руками.

— Нет, черт возьми, это невозможно. Иногда бывают моменты, когда ты невменяем, и я не знаю, на каком из шести изученных тобой языков говорить!

Константин тоже развел руками, копируя ее жест.

— Хорошо. Я прошу прощения за то, что выпил три рюмки коньяка.

— Четыре.

— Три с половиной. Сейчас я оставлю эту половину на столе и сделаю тебе сюрприз. А пока ты можешь принять ванну.

— Мой муж разрешает мне принять ванну. Это так волнующе!

Марика вышла из кабинета и направилась в свою спальню.

— Интересно, какой сюрприз ты можешь сделать мне в такой час.

— Неужели когда-нибудь я делал тебе такие сюрпризы, которые тебе не нравились?

— Я сделаю вид, что не помню твоих полетов в Дамаск посреди ночи. Твои сюрпризы всегда были замечательны.

— Вот видишь. И этот сюрприз будет не хуже.

Константин спустился в гостиную, взял с вешалки легкую куртку и вышел. Остановившись на крыльце, он щелкнул выключателем, но лампа, которая обычно освещала росшие рядом розовые кусты, никак на это не отреагировала.

— Вот черт, — сказал он самому себе. — Когда она успела перегореть? Работала еще вчера!

Ночь была темной и холодной. Даже луна, как казалось, не хотела покидать теплое облако, и поэтому в саду даже хорошо видевший человек вряд ли смог бы что-нибудь разглядеть. Константин мысленно обругал себя за то, что оставил в кабинете очки, и направился к розовым кустам. Он медленно брел по вымощенной камнями дорожке, вспоминая, в какой стороне находятся кусты с темно-алыми розами, но остановился — ему послышался тихий шорох. По звуку можно было подумать, что это какое-то животное размером с кошку.

Нападавший понял, что плохое зрение его жертвы не означает ее беззащитность, уже после того, как достал приготовленный нож и совершил бросок вперед. Он опередил Константина лишь на долю секунды — человеку в черном удалось опрокинуть его на землю, но после этого госпожа Удача повернулась лицом к хозяину дома. Нападавший даже не успел понять, что произошло. Через мгновение он уже лежал на животе и не имел никакой возможности двинуться. Его попытку встать Константин пресек очередным ударом, и непрошенный гость, парализованный болью в спине, бессильно застонал.

— Назовите мне хотя бы одну причину для того, чтобы я передумал и не убил вас прямо сейчас.

Нападавший снова застонал — боль в спине не давала ему говорить. Константин крепко держал его за шею.

— Если вы поднимете голову, то я сломаю вам шею. Если вы решите ее опустить, то я перережу вам горло. Но если вы согласитесь рассказать мне, что вы тут делаете, то я подарю вам несколько минут жизни.

— Отпустите меня, — попросил нападавший, стараясь говорить твердо, и тут же понял свою ошибку: пальцы хозяина дома сжали его шею крепче.

— Есть еще один вариант. Я могу вас задушить.

— Отпустите меня, — повторил он. — Я расскажу.