— Конечно.

Распахнув куртку, я выкладываю на стол возле двери "стечкин" и четыре обоймы к нему, пару гранат Ф-1, нож, трофейную "беретту" и стандартный коммуникатор с моим удостоверением на левое имя, отпечатками пальцев, пропуском и кредитной картой. Это стандартный набор и проблем не возникает. Костя пропускает меня дальше, вслед за Деевым, и я снова улыбаюсь, потому что обыска не было, и со мной остался один ствол, старый добрый ПСС, да включенный на прием передатчик экстренного вызова. Это гуд, но плохо, что охрана Генерала расслабилась. Однако это легко объяснимо. В Екатеринбурге относительно спокойно и на этой базе командир Уральской ветки Сопротивления находится уже три месяца и вокруг тишина. Полицаи прикормлены, а наемники сплошь индусы или арабо-европейцы, которые сутки напролет сидят на своих базах и пока есть гашиш ни о каких рейдах не думают. Вот были бы китайцы или реальные псы войны из какой-нибудь серьезной и печально известной конторы вроде "Erinys Limited" или "Black Corp Inc.", тогда да, с этими не забалуешь, а пока все в норме.

Спуск еще на один уровень и снова дверь. Здесь Деев уже стучится и произносит пароль. Нас разглядывают через видеокамеру и только после этого пропускают. Входим и оказываемся в штабе, точнее сказать, в комнатке для совещаний, и здесь помимо Генерала я вижу всех наиболее значимых командиров пригородных дружин. Нас осталось немного, в помещении вместе со мной всего семь человек и я, кивнув боевым товарищам, молча присаживаюсь за круглый стол. Блин! Мы прям как руководители держав на каком-нибудь гребаном саммите. Но это так, левые мыслишки.

Мой взгляд скользит по лицам командиров. Справа от меня сутулый бородач Миша Расстегай, бывший омоновец и командир местного отряда самообороны. Далее совсем еще молодой, по моим меркам, русоволосый паренек с фигурой качка, шпаненок и футбольный хулиган Эдик Зайцев. За ним чернявый и вечно настороженный Мага Исмаилов, некогда торгаш с рынка, семья которого погибла при бомбежке, и в его душе только месть, а сердце переполнено праведным гневом. Далее полноватая шатенка с добродушным лицом, Катя Краснова, которая, как говорят, давным-давно считалась первой красавицей в славном городе Саратове и даже собиралась поехать на конкурс "Мисс Россия", но это, скорее всего, враки. Подле единственной среди нас женщины, подперев подбородок, расположился катакомбный христианин отец Федор. Зверь, а не человек, настолько суров и строг, что в его отряде приживаются только религиозные фанатики, причем людей с крестиками на шее среди них практически нет. И последний, правильней будет сказать крайний, человек за столом, наш лидер, Генерал, он же Илья Владимирович Карпов. Совершенно седой пожилой мужик в больших очках с толстыми линзами и в темно-синем камуфляже. Во время Большой Беды он был всего лишь полковником, самым обычным, каких много, и командовал строительным батальоном. Однако он оказался одним из тех, кто не растерялся, смог правильно оценить обстановку и возглавить людей. Под это дело Карпов сам себе присвоил звание генерал-лейтенанта, благо, никто не возражал, ибо когда началась агрессия наших соседей и заокеанских "друзей", все правительство вместе с главными московскими маршалами и рукомодителями исчезло. Ну, а затем такая кровавая каша заварилась, что на звания внимания никто не обращал. Бои за Хабаровск, Иркутск и Читу. Битва за Урал и драка за Екатеринбург. Потом отступление на Кубань и Кавказ, где вместе с нами в одном строю бились последние горцы, татары и кучка добровольцев из Европы. Долгая партизанская война и рейды по стране. Далее лихие диверсии в Азии и парочка акций в Северной Америке. И, в конце концов, возвращение в Екатеринбург, где у нас оставались кое-какие резервы и схроны с оружием.

— Итак, — прерывая тишину, начал Генерал, — раз все собрались, то давайте поговорим. Я собрал вас, друзья мои, чтобы сообщить одну весьма интересную вещь.