|
Тоскливый туман наползал на причалы. Где-то в море пронзительно вскрикивала чайка, и доносился издалека скрип ворота: рыбаки работали ночью, поднимая сети на борт баркаса. Долгожданный ветерок пролетел по гавани, сдувая, прочь вонь от рыбы и водорослей. По улицам и переулкам ковыляли матросы и рыбаки, накачавшиеся южным ромом, в обнимку с довольными шлюхами. Затянувшие небо тучи обещали дождь, но для жителей этого района Нара любая гроза была пустячной неприятностью. На окраинах Черного Города люди были крепкими, а крысы вырастали размером с собаку, так что от ливня никто не прятался.
Блэр Касрин, капитан нарского судна «Владыка ужаса», брел по улице с цветком в руке. Голова его плыла от дешевой выпивки. Он направлялся к даме по имени Меледа, и пропитавшимся ромом мозгам увядающая роза представлялась бесценной и безупречной. Рядом шел его друг и первый помощник Лэни, который ловко подкидывал на ходу золотую монету и шутил слишком громко для человека трезвого. Было давно за полночь, но морякам с «Владыки ужаса» было наплевать, который час. В последнее время им постоянно было наплевать, который час. Им некуда было спешить. – Мне надо бы попросить ее выйти за меня! – шутливо заявил Касрин. – Мы заведем щенков, я брошу плавать и навсегда уйду с «Владыки». – И пить ты тоже бросишь, – добавил Лэни, поймав монету после особенно высокого броска. – Угу, верю. – Он вручил золотой своему капитану. – Держи. Он тебе понадобится. Меледа так сильно тебя любит, что не сможет не взять у тебя денег. Оба расхохотались. – Она – славная девочка, – сказал Касрин. – Ее мать ею гордилась бы. Они снова покатились со смеху, но около дома, в котором работала Меледа, Касрин посерьезнел. Он одернул свой красный плащ, расправил плечи и щегольски, сдвинул на лоб треуголку. Ближайшее окно заменило ему зеркало. – Как я выгляжу? Лэни ухмыльнулся. – Как всегда прекрасен. – Ах ты, льстец! Пойдешь со мной? – Нет, – ответил Лэни, – сегодня не пойду. – Что? Почему это? – Не знаю. Не в настроении, наверное. Касрина это не удовлетворило. Он всегда чувствовал, когда друг что-то от него скрывал. – Значит, ты тащился сюда со мной от самого «Владыки» просто так? Его помощник смущенно улыбнулся: – Угу. – Врешь. – Касрин уставился на Лэни, пытаясь понять, в чем дело, и быстро определил правду. – Ты просто хотел убедиться, что я в порядке. Мне нянька не нужна, Лэни. Я не настолько пьян. – Я этого и не говорил. – А тебе и не нужно было, – огрызнулся его капитан. Он уронил руки, так что цветок бессильно повис, и прислонился к грязной стене. Ему вдруг захотелось оказаться на корабле. – Проклятие, теперь еще ты будешь мне сочувствовать! Никабару следовало посадить меня на гауптвахту с насильниками и дезертирами. Там мне было бы лучше. – О, они были бы от тебя в восторге! – отшутился Лэни и ущипнул своего капитана за щеку. – Юный красавчик! – Прекрати, – сказал Касрин, оттолкнув его руку, но тут же со смехом добавил: – Я уже обещан. – Иди наверх, Блэр. Утром увидимся на борту. Утром. И следующим утром, и следующим… Каждым чертовым утром, пока «Владыка ужаса» не сможет снова уйти в плавание. Касрин стиснул зубы и, его веселье испарилось. При мысли о том, что еще месяц придется торчать на приколе, ему становилось тошно. Он посмотрел в темное небо. Судя по положению луны, до рассвета оставалось всего несколько часов. |
