— Расскажи мне.

— Это касается моей сумки. Если отбросить мысль о том, что кто-то очень сильно хочет свалить всю вину на мои плечи, следует заметить, что преступник мог забраться к тебе в машину, когда она стояла ночью без присмотра.

— Кто-то снова проник на территорию поместья. Это я уже понял. Сейчас посмотрим видеозаписи.

— Мне кажется, этот человек все время находился в доме, — медленно проговорила девушка, следя за выражением лица Ричарда.

— Объясни.

Он не насмехался над ней, а просто хотел знать логику ее размышлений, поняла Саманта и почувствовала огромное облегчение.

— Это не Этьен, а кто-то другой вернулся, чтобы подбросить табличку.

На щеке у Рика задергался мускул.

— Ты подозреваешь кого-то из моего персонала? Но ты же никого из них раньше не встречала. Какой им смысл возводить на тебя напраслину?

— Не знаю, но в ночь взрыва и вчера вечером в доме находились только мы с тобой и кто-то из персонала.

Глаза Рика подозрительно сузились. Он встал со стула, подошел к парапету и окинул взглядом простиравшиеся перед ним земли поместья.

— Еще несколько часов назад меня полностью удовлетворяла версия с Девором, но ты права: табличка не покидала поместья. Черт возьми!

— Мне бы хотелось повнимательнее изучить саму табличку, а также сопроводительные документы. Кто знает, вдруг нам что-то подскажет имя одного из бывших владельцев? У нас нет другого выбора, кроме как сидеть и ждать, пока полицейские сами до всего докопаются и арестуют меня.

— Я не привык сидеть сложа руки, особенно если дело касается такой женщины, как ты. — Ричард открыл дверь и жестом пригласил Саманту пройти внутрь. Они уселись на диван, и девушка раскрыла папку.

— Ты собирался продать табличку Британскому музею или же подарить ее? — осведомилась Саманта, разложив фотографии вокруг таблички и углубившись в историю ее странствований после извлечения из-под земли во время раскопок. Кое-где встречались пробелы длиною примерно в сто лет, следом за которыми шло подробное описание операций купли-продажи, которым подвергалась табличка.

— Я собирался ее подарить. А что, есть разница?

— Не знаю. Все это так… так странно. — Она перевернула страницу. — Черт, если верить тому, что здесь написано, твоя табличка была в числе предметов, по которым Калверт и Шлиман сделали выводы о местонахождении Трои. Вот почему они проводили раскопки в Гизарлике в 1868 году.

— Знаю, — улыбнулся Рик.

— А я вот не знала. У меня было мало времени на изучение материала. — Внезапно нахмурившись, она взглянула на табличку, а потом взяла со стола одну из фотографий. — Я бы никогда не стала использовать такую вещь, чтобы оклеветать кого-то, особенно учитывая тот факт, что сама не находилась бы под подозрением. Это слишком опасно, слишком… — Саманта вдруг осеклась и удивленно воззрилась на фотографию. Затем она поднесла ее к табличке. — Будь я проклята!

— Это не та табличка, — сказал Рик, в свою очередь, посмотрев на камень. Он указал на фотографию, а затем на один из рунических символов на табличке. — На фотографии вот эти надписи почти совсем стерты, а на табличке они прекрасно видны.

— Да вообще все надписи гораздо четче, чем на фотографиях, — пробормотала Саманта себе под нос, присмотревшись к очередному снимку, чтобы убедиться, что потертые надписи не являются результатом игры света или погрешности фотоаппарата.