Одежда была тяжелой, но символика наряда еще тяжелее.

Медленно, ритуальным шагом, таким же древним, как окружавшие их горы, они прошли из зала прибытия в шаттлпорт. Эсмей привыкла, что отец всегда ходил впереди, но сейчас, как ни медленно она шла, он старался идти еще медленнее.

Все правильно. Ведь она — Невеста Земель. Иначе отец ни за что не пошел бы сзади.

В шаттле он быстро рассказал ей о том, что будет дальше, и ушел, оставив ей какие-то старые бумаги, бумаги из семейного архива, описывающие церемонии, в которых принимала участие ее прабабушка. Эсмей внимательно принялась читать. Конечно, кто-то будет ей помогать, но чем больше она сможет сделать самостоятельно, тем лучше. Она никогда не присутствовала на церемонии Вручения Дара Невесте Земель, только слышала рассказы других. Солнце садилось за горы, и поле шаттлпорта было залито багровым светом. Когда они выехали из города, наступила ночь. Эсмей включила свет в салоне и продолжала читать. Отец дотронулся до ее руки и показал на что-то впереди. Эсмей выключила свет, вгляделась в темноту.

По обе стороны дороги светились огоньки, рядами стояли люди в черных одеждах со свечками в руках. Машина замедлила ход и остановилась. Отец открыл ей дверь. На этот раз Эсмей первая зажгла свечи в святилище, сама вспомнила нужные слова, жесты, весь ритуал. За спиной она слышала шепот одобрения.

От святилища до ворот и дальше по аллее они шли пешком, остальные следовали за ними. Дом большим черным пятном выделялся в темноте ночи. Потом изнутри засветились огоньки свечей, им навстречу вышли члены семьи, у каждого в руке была свечка. Эсмей вошла в темный прохладный холл. Обычно здесь было тепло и много света, но сейчас огни запрещены до окончания церемонии. Правила немного усовершенствовали, и Эсмей могла пользоваться электричеством и огнем, пока не прилетела на Альтиплано. Раньше и это было запрещено.

Она обошла дом и в каждой комнате зажгла маленькие свечи, символизировавшие приход Невесты Земель. А потом вышла из дома и направилась в храм Дара Невесты Земель, в самое сердце поместья, место, где давным-давно приносила клятву первая Невеста Земель их линии сердца.

Там ее уже ждал священник, в руках он держал корзину, в которой лежали волосы прабабушки, сплетенные в косу. Эсмей вздрогнула, она вдруг представила, как в один прекрасный день и ее волосы вот так будут лежать в корзине.

Конечно, тело прабабушки давно было предано земле, над могилой установлен памятник из бледного мрамора. Но волосы должны участвовать в последнем церемониальном танце. Музыкантов не было. В темноте ночи, который прорезал лишь мерцающий свет свечей, Эсмей провела женщин эстансии вокруг всех надгробий над могилами Невест Земель, начиная с самой первой и заканчивая последней. Мужчины стояли вокруг и отбивали ногами медленный ритм, не переступая при этом воображаемой границы.

Когда танец закончился, Эсмей достала из корзины серебряно-седую косу, подняла ее высоко в воздух и повернулась вокруг, чтобы всем было видно.

— Невеста Земель… — прошептали все в один голос. — Невеста Земель умерла…

— Той, которая была Невестой Земель, больше нет, — вымолвила Эсмей.

— Она ушла во тьму, — вторили ей люди.

— Она вернулась к матери-земле, — сказал священник, — а дух ее отлетел на небеса.

— Сила ее выпущена на свободу, — проговорила Эсмей. Она распустила шелковый шнур, стягивавший косу. Ночной ветер со вздохом спустился с гор, она почувствовала его прохладу даже под множеством слоев одежды. Пламя свечей затрепетало на ветру, некоторые из них погасли.

— В небеса… — повторили люди.

Эсмей развязала второй шнур, сверху, и подняла ничем не стянутую косу на высоко вытянутых вверх руках.