Витёк. Тот самый. Бывший Ленин жених. С компанией.

Вот уж кого мне хотелось здесь встретить меньше всего! Не потому что боялся драки, а… короче, увидит меня с другой девушкой, обязательно Лене наябедничает. Поэтому лучший выход из такой ситуации — это тихо слинять, пока не увидели и не опознали.

— Что случилось? — в голосе Жанны звучала тревога, моё напряжение она безусловно почувствовала.

— Да дыма табачного не выношу, даже голова закружилась, — нашёлся я в ту же секунду.

Отмазка, конечно, дурацкая, но более правдоподобной придумать не удалось.

— Тогда пойдём на улицу. Они всё равно уже скоро закроются, минут десять осталось.

— Пойдём…

На свежем воздухе было и вправду комфортнее, чем в душном, насквозь прокуренном помещении.

Вдохнул полной грудью. Не спеша огляделся.

Ни Витька, ни его подельников рядом не наблюдалось, за мной никто не следил.

Фух! Прямо камень с души свалился.

— Ну как, лучше?

— Лучше, — я широко улыбнулся и, слегка приобняв Жанну, шутливо заметил. — Всё просто за-ме-ча-тель-но.

— Да ну тебя, — девушка дёрнула плечом и надула губы. — Я думала, тебе на самом деле нехорошо, а ты…

— Ну, извини, извини, — я примирительно поднял руки. — Там же действительно невозможно дышать. Я за тебя волновался.

— За меня?

— Ну да, а за кого же ещё?

Жанна смерила меня оценивающим взглядом, потом хмыкнула и вновь взяла под руку:

— Ладно. Так уж и быть. Прощаю…

До её дома мы добирались почти полчаса, а потом ещё столько же стояли возле подъезда. И с каждой проведённой вместе минутой меня «колбасило» всё больше и больше. Чёртов Витёк появился совершенно не вовремя. Это из-за него я вспомнил о Лене, и эти воспоминания внезапно смешались с такими же, но связанными уже с Жанной, с тем, что мы вытворяли когда-то в будущем, в нашей с ней «прошлой жизни». Терпеть было просто невмоготу, «спермотоксикоз» входил в острую стадию, и я молил бога, чтобы мне не сорвало крышу прямо сейчас, пока девушка не ушла.

Расстались мы, когда стрелки часов уже подходили к двенадцати. И пускай облегчения это не принесло, зато теперь у меня появилась «свобода манёвра». Долго раздумывать я не стал, и едва за Жанной закрылась подъездная дверь, на всех парах рванул на окраину города, к знакомой многоэтажке. Чтобы преодолеть полтора километра, хватило пяти минут. Рекорд не рекорд, но сложно припомнить, когда ещё в жизни я бегал так быстро, подгоняемый единственной мыслью: «Только бы она была дома. Только бы была дома…»

Воспользоваться имеющимся в подъезде лифтом мне даже в голову не пришло. На девятый этаж буквально взлетел и с ходу, не думая ни о чём, ударил по кнопке звонка. Десяток секунд томительного ожидания показались настоящей вечностью. Я бил копытом как конь, рвался на волю как запертая в электромагнитной ловушке плазма, лазерный луч, стиснутый зеркалами оптического резонатора, красный гигант, раздираемый на части внезапно подкравшейся чёрной дырой…

— Кто там? — послышалось, наконец, из-за двери.

— Лен! Это я, Андрей.

Щёлкнул замок.

— Ой! А я уже думала, ты не при…

Договорить ей не удалось. Захлопнув за собой дверь, я просто притиснул девушку к стенке прихожей и впился в её губы яростным поцелуем. Мощная тестостероновая волна хлынула едва ли не через все поры измученного желанием организма, а ещё через миг навстречу ей покатилась точно такая же, но уже эстрогеновая.