– А папа был согласен?

– Вовсе нет. Я заработалась, и поэтому мы в последние годы почти не общаемся.

– Ты сказала, что отец закрыл тебе доступ к трастовому фонду после того, как ты разбила шлюпку шейха Аль-Хамала.

Пеппер скромно улыбнулась.

– Так и было. Хотя, точнее говоря, это была яхта. Часть моего задания. Когда отец узнал, он пришел в ярость. – Она вздохнула с едва заметным раздражением. – Для него я все еще маленькая девочка. Думаю, он до сих пор хочет, чтоб я была его помощницей, встречала его гостей, пока не найду человека, который сможет со мной управиться и вскоре подарит ему внуков. – Пеппер сухо улыбнулась. – Ты должна меня благодарить за то, что я отвела от тебя удар.

Дарби тупо сидела и моргала, до нее постепенно начал доходить смысл сказанного. Пеппер говорила вполне серьезно. Она говорила правду. Ее сестра была шпионкой Барби.

– Знаешь, я вижу тебя, вижу, как шевелятся твои губы, слышу слова, понимаю, что их произносит моя малютка-сестра, но... – Дарби постучала себя по голове, – ни фига не соображаю.

– Ничего утешительного. Больше вашей вражды с отцом я ненавижу, только когда ты считаешь меня маленькой девочкой. Я не такая. По крайней мере, пытаюсь перестать ею быть. – Пеппер вздохнула. – Дар, я никакая не супершпионка. Просто мне удается подбираться к людям, и они даже за миллион лет не заподозрили бы, кто я такая. – Она посмотрела на сестру, и Дарби поразила серьезность в ее взгляде.

– Больше всего на свете я хочу, чтобы вы с папой мной гордились, – продолжала она. – Его пугает все это. Он не может понять, почему я делаю это. Думаю, до меня наконец-то дошло, что вы оба делали все эти годы. Но у меня все по-другому, Дар. Может, этого и немного, может, я делаю только часть работы. Зато настоящим супершпионам становится гораздо легче выполнять свои задания. – Она ухмыльнулась, совсем как прежняя Пеппер. – Кроме того, путешествовать – это кайф. Контора покрывает все расходы. Я все еще слишком много трачу. Но я работаю над этим, – быстро добавила она. – Честное слово.

Дарби покачала головой, потом рассмеялась и искоса посмотрела на сестру.

– Внутри этой взрослой женщины, что сидит передо мной, действительно осталось место для моей малютки-сестры?

– Ох, Дар. – Пеппер выпрыгнула из кресла и крепко сжала Дарби в объятиях. – Правда, я в безопасности, что бы тебе ни сказал отец. Мне нужно только услышать и сообщить. – Она отпустила сестру и посмотрела на нее с плохо скрываемой гордостью. – У меня хорошо это получается. И мне это нравится. Очень.

Дарби глубоко вздохнула.

– Ко многому придется привыкнуть.

– Если это поможет, я на твоей стороне. И папа. Знаешь, вся фишка в том, чтобы не уступать ему. Ему придется смириться. С тем, что я делаю. У него просто не будет выбора. – Она посмотрела на Дарби с таким странным выражением в глазах: с одной стороны, совсем юной девушки, с другой – невообразимо мудрой. – Вот что ты должна будешь сделать. Поговори с ним. Заставь его понять, кто ты. Я хочу, чтобы моя семья воссоединилась. Нам необходимо держаться друг друга, Дарби. Потому что семья – это все, что у нас есть.

Дарби осознала, что смотрит на Шейна, и, чуть остыв, перевела взгляд на Пеппер.

– Я недавно поняла, что в жизни есть нечто большее, чем гордо идти своим собственным путем в одиночестве.