— На долгую добрую память, — снова улыбнулась княгиня, когда мы приняли её подарки. — Каждому подбирала камни под цвет глаз.

Мы поблагодарили Элеонору Александровну за щедрые подарки, договорились о приблизительной дате следующего осмотра и пошли на выход.

— Теперь на праздник придётся покупать рубашки на запонках, — хмыкнул Юдин, когда мы уже подходили к воротам. — Негоже, чтобы такая красота лежала без дела.

— И мне, — сказал я. — Не помню, чтобы на запонках были. Илюх, а у меня что, синие глаза?

— Хах! Ну не то, чтобы синие, — ответил он и на всякий случай проверил. — Но так-то да, голубые.

— Это же надо, — хмыкнул я. — Никогда об этом не задумывался.

До нового года оставалось всего несколько дней. Коридоры и кабинеты в клинике усилиями младшего и среднего медицинского персонала и при финансовой поддержке моего отца, преображались в новогодние декорации. Уже благодаря этому дурные мысли покидали разгорячённую голову, оставляя там предпраздничное настроение.

А ещё забыть про ожидание сомнительных вестей помогли мои пациенты. Тот, что с асептическим некрозом бедра, пришёл одним из первых. Хромоты немного меньше, но я точно не уверен. До полного выздоровления, ясное дело, ещё далеко.

Сканирование сустава показало улучшение кровоснабжения головки бедра, укрепление костных структур, постепенно начинала восстанавливаться разрушенная часть головки. Тонким потоком энергии я стимулировал работу остеобластов, ускоряя их в десятки раз. Сосуды тоже начали приносить кислород и питательные вещества туда, где раньше было полное отчуждение тканей. Теперь здесь всё начнёт оживать заново. Посмотрим послезавтра, что получилось. Напоследок снял отёк и удалось существенно приглушить защитный воспалительный процесс, он нам теперь и не нужен, а пациенту будет легче передвигаться.

— Вы только пока продолжайте ходить с костылём, — сказал я мужчине. — Дела идут на лад, но нагрузку на сустав лучше пока полную не давать.

— Да, я понял, Александр Петрович, — ответил он. — Хотя иногда уже хочется походить без него, но тогда я себя заставляю.

— Заставляйте, пока что это необходимо, — кивнул я. — И не забывайте про упражнения, которые я вам говорил, они будут улучшать кровоснабжение головки бедренной кости, а это способствует ускорению выздоровления.

— Ну там хоть что сейчас происходит? — поинтересовался он.

— Потихоньку некротизированная часть кости начинает оживать, — ответил я. — Я сначала думал, что омертвевшие костные трабекулы распадутся и я буду заниматься выращиванием новой головки бедра, но этого, похоже, не понадобится.

— Порадовали меня, — улыбнулся мужчина. — Спасибо большое!

— На здоровье! — улыбнулся я. — Теперь до среды.

Потом пришла пациентка с межпозвоночными грыжами, а я про неё уже и подзабыл. Судя по ходьбе и движениям, проблем у неё уже никаких с поясницей не было, на боли в покое и при наклонах она не жаловалась.

Когда она улеглась на манипуляционный стол на живот, я положил ладонь на поясничный отдел позвоночника и начал сканирование. Выпячиваний дисков не обнаружилось. Восстановление разрушенного фиброзного кольца, удерживающего остатки пульпозного ядра, было неплохим, но неполным. Я осторожно, стараясь не задеть корешок нерва и спинной мозг, начал воздействовать на фиброзное кольцо, повышая его прочность, увеличивая толщину в месте прошлого вмешательства, убрал неуместное отложение солей кальция, окостеневание внешней части диска нам не нужно, это только усилит его хрупкость.

— Ну что я могу сказать, — сказал я пациентке, закончив процедуру. — Всё очень даже неплохо, диски практически восстановлены, но всё равно желательно понаблюдать.