— Итак, господа, завтра день консилиума? — улыбнулся я. — А это, кстати, хорошая идея. Давайте всех больных назначать на какое-то время, с днём недели определимся, и будем обсуждать интересные клинические случаи. Это будет для всех полезно.

— Ну давайте тогда по четвергам после обеда и будем собирать в кучу всех таких пациентов, — предложил Рябошапкин. У меня тоже сегодня интересный чудик был. Я тогда сейчас про него не буду рассказывать, сохраню интригу, а вот завтра вы его увидите, идёт?

— Интрига удалась, Иван Терентьевич, — хмыкнул Сальников. — Ночь спать не буду.

— Ещё чего не хватало, — буркнул Рябошапкин. — Не хватало ещё из-за… Так, всё, молчу! Завтра всё узнаете.

На том и порешили, четверг в час дня каждую неделю будет мини конференция с обсуждением непонятных и интересных клинических случаев. Мы ещё немного поболтали о разном, посмеялись, потом пришло время заканчивать болтовню и идти работать, приём у всех расписан до упора.

Юдин остался убрать со стола остатки своих съестных припасов, я вызвался ему помочь, чтобы он быстрее попал на приём.

— Илюх, забыл тебя спросить, — обратился я к другу. — А где сейчас Оксана?

— Зачем тебе? — он немного дёрнулся, когда я произнёс имя его первой несчастной любви и чуть не выронил тарелку с мясом.

— Просто интересно, а вдруг это ещё не конец? — предположил я. — Ты никогда не задумывался над этим?

— Я? Не задумывался? — хмыкнул он и грустно улыбнулся. — Задумывался. Только смысла в этом теперь никакого.

— Почему?

— Она уже второй год как замужем, — сказал он и горько вздохнул. Мне показалось, что ещё немного и он пустит слезу.

— Значит надо отпустить, Илюх, — мягко посоветовал я. — Если это ушло безвозвратно, зачем ты себя до сих пор мучаешь?

— У меня по-другому не получается, — буркнул Илья и стал быстрее шустрить с тарелками и контейнерами, отвернувшись от меня.

— Просто не нашлась ещё та, кто вытеснит её из твоей головы и сердца, тогда от старых воспоминаний и терзаний ты будешь свободен, — сказал я. — Наверняка она счастлива, наверно уже наследника родила, а ты всё никак не можешь забыть.

— Не найдётся другой такой, ты ничего не понимаешь, — сказал Илья, его голос дрогнул. — Она такая одна.

— Это понятно, что каждый человек, не считая близнецов, индивидуален. Да и те разные. Но ты найдёшь ту, которую полюбишь, и которая полюбит тебя и вы будете счастливы. Ты просто дай себе шанс. Когда ты съезжаешь от родителей?

— Сегодня, — буркнул Илья, так и не поворачиваясь ко мне. Я увидел, как он смахнул слезу. Всё-таки не сдержался. Крепко его держит старый якорь.

— Я помогу тебе вещи перевезти, — сказал я. — Как и обещал.

— Да, Сань, спасибо, я тебе позвоню тогда.

— Хорошо, — я хлопнул друга по плечу и направился к двери. — А ты давай крепись, не раскисай.

Я направился в свой кабинет, а Юдин замер перед холодильником. Разбередил я ему душу своими разговорами. Была с утра мысль сегодня позвать Настю познакомиться с моими родителями, но теперь предстоит вторая серия задушевных бесед с Юдиным. Это сейчас, пожалуй, важнее, а насчёт знакомства с родителями договоримся на завтра.