Оазис, в котором совсем недавно пришлось прикончить всех людей бургомистра, я обошёл стороной, направившись прямиком к мосту, ведущему в земли изгоев. И здесь впервые столкнулся с этим одичалым, но вполне дружелюбным сообществом.

Охрану моста я увидел, когда добрался до его середины. На противоположном конце появились сразу четыре вооруженных огнестрелом человека. Трое остались стоять, а один двинулся мне навстречу, жестами показывая, чтобы я остановился. Что ж, послушаем, что мне хотят сказать. Опасности для меня эти бродяги не несут никакой. Да и способности мутаций у меня доступны все, если что. Это ж из чего в меня стрелять надо, чтобы прикончить, я даже не представляю.

— Незнакомец, с какой целью ты идёшь в наши земли? — поинтересоваться изгой.

— Мне нужно пройти в мертвую локацию, по делу. — ответил я.

— Что же вас так манит туда? — с любопытством поинтересовался оборванец. Несмотря на наличие реки под ногами, изгой похоже давно не мылся. От него и несло, как от мусорного бака. — Ты четвертый за двое суток, кто собрался в мертвую локацию. Из предыдущих вернулся только один. Вернее выполз. Без ноги. Мы его еле выходили, теперь у нас живёт. Правда немым стал, говорить совсем не может.

— А ногу срезало чем? — тут же заинтересовался я.

— Что-то раскаленное, потому что рану прижгло так, что плоть по краям обуглилась. Мы туда после такого случая ни ногой.

— А было так, что из мёртвой зоны выходили целые отряды, которых ваши не видели? — я решил действовать понаглее, раз изгой такой разговорчивый попался.

— Слушай, через наши земли никто не выходил. — помотал головой бродяга. Но тут же добавил: — А вот через реку переправлялись, кое-кто из наших видел. Километров десять выше по течению, как раз из мертвой локации. Говорят, лодки у тех людей были странные. Словно змею надули, и заставили весь воздух в себе держать.

— Спасибо, выручил. — я улыбнулся. — За проход по мосту есть какая-нибудь плата?

— За проход — нет. Но, если ты добыл что-то на наших землях, то десять процентов нужно будет отдать кому-нибудь из моих братьев и сестер.

— А если я хочу поговорить с тем одноногим, который потерял дар речи, где его можно будет найти?

— Поговорить с немым? — переспросил мужик, и заржал: — Да ты шутник! Приходи в наш посёлок, он там живёт. Это прямо по дороге, в часе ходьбы. Ха, я бы хотел посмотреть на вашу беседу.

— Может и посмотришь. — уклончиво ответил я. — Ну, значит я пошёл?

— Иди конечно, шутник. Только дай проверю, что ты наш, местный. Не из чужаков.

Подавать руку этому грязнуле было неприятно, но всё же это пришлось сделать. Зато я узнал, что передо мной стоит Хмырь, класс «поисковик». Ты смотри, не простой бичуган, а промысловый.

Проверка была пройдена, и я устремился по дороге вперёд, двигаясь по пунктирной линии, которую мне сформировала Тая. Искин давно уже разобралась с масштабами карт, виденных мной, и указывала дорогу с точностью до десятка метров. Так что мимо стоянки из дюжины кораблей я точно не пройду.

Влияние мертвой локации на окружающий мир я заметил не сразу. Только когда листва на деревьях стала какой-то желтоватой, а трава по обочинам слишком серой, понял, что мне осталось совсем немного. Однако пришлось ещё полчаса шагать по заброшенной дороге, усыпанной пожухлой, пахнущей гнилью листвой.

А затем резко, без плавного перехода пошла черная земля, из которой торчали такие же черные коряги. Лишь дорожное полотно сохранило свой цвет в тех местах, где было не засыпано всяким мусором. В голове у меня сразу же мелькнула мысль — болото! Словно шел по лесу, и неожиданно оказался а болоте.