После Ацелоты вышел третий контролёр, опять с копьём. Он прикончил своего противника одним стремительным броском оружия, но не получил восхищения зрителей. Слишком сильным оказался бросок, даже я не смог бы так. А значит противник использовал одно из умений, полученных с мутацией.

После контролёра на арену вышел Дракот. Едва он появился, как трибуны затихли. Да и звери вдруг перестали метаться и оглашать громогласным рыком окружающее пространство. Вместо этого они замерли, присели, прижали к голове уши, и стали шипеть.

В этот раз ошейники спали сразу с двух тварей. Только кошки не сразу двинулись вперёд, даже переглянулись вначале. Но всё же решились, и начали приближаться. Мой питомец, до этого разглядывающий арену, трибуны, и прочее, заметил крадущихся хищников, и помотал головой. Звери сбились с шага, замерли. Затем продолжили красться вперёд.

Рык элитника разнесся по всей арене, оглушая всех присутствующих. Я и не знал, что он способен на такое. Воздействие звука, совершенно не имеющее отношения к сверхспособностям мутаций, заставило всех зверей вжаться в песок. Хищники, которых спустили с цепи, поджали хвосты и бросились прочь, стараясь укрыться за спинами своих собратьев. Едва это произошло, как трибуны восторженно взревели, а затем и вовсе стали скандировать:

— Ка-хон! Ка-хон!

Лишь через минуту дверь в стене отворилась, и мой питомец неспешно покинул арену. Чтобы вскоре ткнуться мордой в моё плечо.

«Друг, у нас все хорошо?»

— Всё просто замечательно, дружище! — ответил я. — Похоже ты только что повысил наши шансы на победу.

Мое предположение оказалось верным. Никто не стал убивать или выводить отцепленных кошек. Так что очередному бойцу выпало сражаться сразу с тремя хищниками. А у контролёра, как назло, в руках была лишь короткая дубинка. Добавить к этому всю ярость, которая пробудилась в зверях после недавнего унижения, плюс опыт ранних схваток… В общем человек смог убить двух зверей, но получил удар от третьего. Коварный, распоровший двуногому живот. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — всё, не жилец.

В итоге последнему, пятому контролёру пришлось сражаться с двумя кошками. Он не стал изображать из себя крутого бойца, а попросту использовал способности мутаций. Одного хищника буквально прихлопнуло, превратив в кровавое пятно, а второго разорвало изнутри на части. Так что когда последний боец наших соперников ушёл, вся арена представляла собой кровавое побоище, на котором осталось лежать восемь тел.

Тут же вниз спустились десятки фигур с размытыми очертаниями, и приступили к уборке. Ну а к нам подошли другие — с подносами, переполненными яствами и кувшинами. Оказалось, в решетчатом куполе, отделяющем нас от аборигенов, есть специальные проемы, чтобы передать нам еду и питьё. Такие же подносы понесли зрителям и, я специально проследил, нашим противникам.

— Драк, много не ешь. А то знаю тебя. — приказал я питомцу. — Ацелота, тебе тот же совет дам. Скорее всего через полчаса-час нам придётся сражаться с четвёркой контролёров. И проигрыш меня не устраивает. Особенно по глупости.

— Я знаю, когда-то очень давно мне уже приходилось сражаться на арене. Нужен пустой желудок.

— Совсем пустой не годится, мы бьёмся насмерть. Нужны силы. — ответил я, поднося один из кувшинов к носу и нюхая содержимое. — Хм, вода. Это хорошо.

Съели ровно столько, чтобы слегка притупить чувство голода, после чего стали ждать. От скуки я стал разглядывать трибуны, пока в голову не пришла толковая мысль. Обдумав её, приказал встроенному искину рассчитать площадь арены, расстояние до столба с цепями, сейчас пустующего. Затем прикинул, как лучше использовать имеющиеся у меня способности.