– Отпусти мальчишку. – А это кто?

Жуткие ощущения сгинули, как будто их и не было, только шея болела.

– Киф, ты как? – я обернулся (блин, больно) и увидел незнакомого мне человека, который прислонил дуло пистолета к боку довольно крепкого блондина с очень красивым породистым лицом, перекошенным невероятно злобной гримасой.

– Шея болит, – ответил я.

– Само собой, он тебе ее чуть не свернул, – хмыкнул мой спаситель. – Давай на выход, пока мы тут этих шутов гороховых на прицеле держим.

Я глянул в зал и криво улыбнулся. Некоторые посетители ресторана сидели так, как будто кто-то им скомандовал «замри», при этом руки у большинства из них находились под столами.

– Он не собирался сворачивать вам шею, просто немного погорячился, – спокойно сказал Ерема. – Мой друг еще очень молод, а потому несдержан. Я приношу вам извинения за него и обещаю, что наказание его будет соразмерно провинности. И все-таки, Харитон – одно ваше слово, и мы покинем эту корчму вместе. Не знаю, будет ли еще у тебя шанс изменить свой путь, так не упускай этот.

– Я не верю вам. – Грохотнуло отодвигаемое мной кресло. – Не верю.

– Очень жаль, что всякий раз что-то мешает нам понять друг друга. – В голосе Еремы была вселенская печаль. – Что-то или кто-то.

– Киф, уходи, – сказал сзади тот, кто меня, похоже, спас. – Не задерживайся здесь.

– Надеюсь, вы оплатите счет? – поинтересовался я у Еремы, на что тот кивнул. – Ну и славно. Мне пора.

– До встречи, – негромко сказал пророк. – Я верю, что она состоится.

– Уж и не знаю, радоваться мне этим словам или огорчаться, – съязвил я напоследок. – Простите за банальность – но лучше прощайте. По крайней мере, хотелось бы в это верить.

– Блажен, кто верует, – негромко сказал Ерема.

– Да, вот еще что! – блин, ведь чуть не забыл о поручении Старика, что крайне неблагоразумно. – Валериан Валентинович просил вам передать следующее. «Радеон» не имеет к вашим хозяевам никаких претензий за те два силовых инцидента, что случились со мной, и не станет предъявлять никаких требований на возмещение ущерба.

– Он сказал так, а что скажешь ты? – Ерема улыбался, причем, как обычно, без второго дна. – Если у кого и должны быть претензии, то не у него, а у тебя.

– А я воздержусь от суждений. – Самое забавное, что я не знал, что сказать по этому поводу. Претензии у меня были, большие и серьезные, но не к ним же? – По тем двум случаям – нет. А по сегодняшнему – подумаю.

Ну что, последнее слово осталось за мной, и, пожалуй, мне пора валить отсюда, от греха подальше.

Я прошел мимо все так же недвижимых людей и у выхода столкнулся с официантом.

– Мой приятель оплатит счет, – успокоил я ресторанного служителя, заметив нервный тик на его лице.

– Да это ладно, – отмахнулся тот. – Скажите, а вы завтра придете к нам?

– А вы с какой целью интересуетесь? – даже опешил я.

– Если придете – я выходной возьму, – мученически произнес официант. – Очень вы беспокойный клиент. Всякие люди у нас бывают, и ситуации тоже, но чтобы такие геморрои два дня подряд… Я уже хотел в набат бить и милицию вызывать, но мой шеф сказал, что не надо, но как по мне…

– Не-не, завтра не приду, – успокоил я его.