Ген роста позволяет регулировать размеры. Пользуется электричеством, как скат, взрывом, как жук-бомбардир, брызгается кислотой, как муравей. Ядовитые железы, паутина нескольких видов. И так далее, и тому подобное. Специализированные органы, полностью отсутствовавшие в живой природе, были упомянуты в самом начале…

С помощью представителя Зелёной Зоны все участники совета получили возможность полноценного подключения к соответствующему участку Памяти Планеты. Каждый оценивал с позиции своих возможностей.

— Кто ещё? Ками?

— Из знакомого мне определяю наличие специализированных микроорганизмов. Отмечу, что архитектура панциря весьма сложна и составлена из множества вариант-объектов пространственной геометрии. "Волшебные свойства" пирамидок недавнего прошлого, — просто детский лепет по сравнению с этим. Мне подобное не по силам. Мы работаем с гораздо более простыми формами.

Ещё. Удержание простейших Мельчайших в объёме мы производим волевым усилием. Сосредоточенным и непрерывным. Здесь же колонии удерживаются на месте как бы сами собой. Мельчайшие даже не выходят в кровь данного существа. Не мой уровень.

Грай и Улла обменялись взглядами. Улла склонила голову.

— Мы только что исследовали звуковые характеристики объекта. Нечто уникальное. Панцирь способен одновременно генерировать вовне и инфра- и ультразвук. Набор качеств просто невероятен. К сожалению, наше дальнейшее участие в дальнейшем исследовании нежелательны. Моя Соединённая воплощает в тело эвакуированные души. Вибрации объекта дегенерогенны в принципе, и восприятие их опасны для будущей матери.

Ихор вздохнул.

— Что скажут Стражи?

Стражи синхронно пожали плечами, со всей серьёзной ответственностью за происходящее покачали головами. Чу ответил за всех:

— Прежняя тактика пресечения Прорывов тут бессильна.

Ихор вздохнул.

— Раз уж Память Планеты подала сигнал опасности в Фиолетовые Зоны, исследование объекта — на их совести. Наша задача — ликвидировать Красные Зоны как объективную реальность. Пока где-нибудь не изготовили ещё что-нибудь.

Сделал короткий жест, общий контакт с Памятью Планеты прервался, а голограмма паука, невольно визуализированная Стражами, исчезла.

Все воздохнули с облегчением. Улла убрала ладонь с живота.

Немного посидели так. Потом Ихор спросил:

— Остаток? Ты с нами?

Внутри одного из деревьев скрипнуло. Послышался глухой, какой-то чуточку затуманенный голос:

— Ну, раз уж без меня таки совсем никак…

— Не совсем, — прервал Бус Кречет. — Полученные сведения дают возможность разработать блокировку эха иными средствами. Будем работать быстрее или с несколькими Зонами сразу. Но тебе же, сукиному коту, надо душу нарабатывать. А мы с тобой, худо-бедно, работали рука об руку.

— Рука об ногу, если точнее, — фыркнул Остаток. — Ты так сильно чувствуешь свою ответственность за того, кого приручил?

— Это свойство Живых, — ответил Бус Кречет.

— У тебя что, какие-то другие планы? И именно на наше дерево? — спросил Грай, усмехаясь.

Там, где только что было скрипнуто, было вздохнуто.

— Не совсем планы, и не совсем на ваше, но мне понравилось быть деревом. По переплетению корней можешь чувствовать далеко и широко. Нет, если бы я был деревом, я бы жил немножечко лучше, чем дерево, я бы ещё…

Дружный хохот потряс внутреннее пространство живого дома Соединённых Холма. До слёз кашлял смехом Ихор, знававший Остатка ещё до Великого Изменения. Гулко, но сдерживаясь, чтобы чего не повредить, похохатывал Грай.