Бус Кречет, смеясь более глазами, чем телом, широко улыбнулся и сказал:

— Вот старый паразит! Привык на чужой шее ездить! Ишь ты, готовенькое ему подавай. А самому дерево-другое одушевить — слабó?

— Пока — слабó, — серьёзно ответил Остаток. — Потому как с душой проблемы.

Смех потихоньку замолк. Неодушевлённость — не тема для смеха. Для действий — да. Но не для смеха. Ихор, успокоившийся последним, спросил:

— И что же там за тридевять земель почувствовал кандидат в Буратино?

— Сегодня ребёнок Ратмира и Мико в первый раз превратился в орла. Ненадолго, и ещё сам не понял, что он сделал. Но он сменил тело, в том числе и энерго-информационную структуру с человеческой на орлиную.

Все затихли, не понимая. И только Ихор понемногу открывал рот и распахивал глаза в неком, одному ему понятном изумлении. Потом шлёпнул себя ладонью по лбу и воскликнул:

— Божечка ты мой, какой же я был — дурак!

Оглядел присутствующих.

— В глубинных слоях Памяти Планеты закончившейся недавно цивилизации хранятся легенды о древних-предревних временах, — и о волшебных животных. Своеобразных органах планеты. Нечто подобное, но более мощное, чем волшебные камни, новый аналог которых творят сейчас Кама и Ками. Понимаете?

Соединённые Озера воплощают не те души, о которых мы подумали раньше…

Ихор прошёлся туда-сюда, поблёскивая глазами, потом оглядел всех присутствующих и сказал:

— Кажется, ряд наших проблем будут решены не нами… Кажется, что жить скоро станет лучше, жить станет веселее…

Поднял глаза вверх и добавил загадочным тоном:

— И, возможно, не только на этой планете…