Кивнув, Глория развернула газетный лист. Для него она сделает все, все что угодно. Поправив очки, она разглядела портрет молодой женщины. Что-то в нем показалось ей знакомым, но она никак не могла вспомнить, кому принадлежит это лицо.

— Сьюзен Осборн, — проникновенно произнес он. — Я мечтаю жениться на ней, а ты должна помочь мне добиться ее расположения.

2

Она замерла, не в силах поверить услышанному. Помочь ему ухаживать за другой женщиной? Она, должно быть, неправильно поняла его, произошла ужасная ошибка, но он продолжал в том же духе, не замечая ее реакции.

— Глупо звучит, но я и понятия не имею о том, как писать романтические письма или ухаживать за женщиной. Я неважно излагаю свои мысли на бумаге. Помнишь те ужасные сочинения, которые я писал в школе? Нет, мне это не дано. А судя по твоим открыткам, у тебя просто дар писать о любви.

Боль в ее сердце стала нестерпимой, к ней примешалось чувство униженности и горечи. Он вернулся не к ней, ему даже в голову не приходило такое. Он пришел, как и многие другие до него, с желанием воспользоваться ее умением писать, попросить рассказать о его любви словами, которые он сам был не способен произнести. Она ничего для него не значила, совершенно ничего.

— Я был бы весьма признателен тебе и готов заплатить любую сумму, которую ты назовешь.

— Когда? — промолвила она и, так как он в замешательстве уставился на нее, еле слышно повторила: — Когда ты собираешься жениться?

— Еще не знаю, — в задумчивости ответил Джонатан. — Но я хочу сделать предложение в День Святого Валентина. Со Сьюзен нельзя тянуть.

Глория кивнула, вполне разделяя его мнение. Сьюзен Осборн — изнеженная дочь Осборнов, одной из самых уважаемых семей города. Возмутительно красивая блондинка, она была самой легкомысленной ученицей школы. Она не думала ни о чем, кроме своей внешности, уроков танца, сомнительного искусства игры на фортепьяно. И все же мальчишки обожали ее: им достаточно было заглянуть один раз в ее огромные серые глаза, и они тонули в них навсегда. Похоже, Джонатан не устоял перед ней так же, как и любой другой мужчина на его месте.

— А что думает твоя семья по поводу твоего решения? — Глория попыталась совладать со своими эмоциями. — Одобряют твой выбор?

Джонатан кивнул.

— Мама высказывает определенные опасения, но в целом склоняется к тому, что мы со Сьюзен будем прекрасной парой во многих отношениях. Ее семья хорошо известна и пользуется большим влиянием. Осборны внесли немалый вклад в строительство больницы, за что заслужили благодарность всего медицинского персонала.

— Но как ты сам относишься к ней? — Видя некоторое недоумение в его взгляде, Глория поспешно добавила: — Мне нужно знать, если уж я соглашусь на твое предложение, чтобы решить, какой подход выбрать.

Ее объяснение, похоже, удовлетворило его, и он улыбнулся.

— Сьюзен… необыкновенно красива. Должен признать, что никогда не видел более красивой девушки. Очень живая, очаровательная… Ну, ты же помнишь ее по школе. Если она примет мое предложение, я буду самым счастливым человеком на свете.

Сердце Глории разрывалось от горя, но она лишь спросила:

— И она разделяет твои чувства?

Он поколебался прежде, чем ответить:

— Она уклончива, не похожа на большинство женщин и умеет скрывать свои истинные мысли и эмоции. Но я уверен, что мои чувства… находят ответ. Я не могу смотреть ни на одну другую женщину после того, как встретил ее снова совсем недавно.

Казалось, у Глории не хватит сил продолжить разговор. Ей нужно было спрятаться, найти какое-то тихое и темное место, где она могла бы выплакать свое отчаяние, которое сейчас перед ним пыталась скрыть.