Ненавижу монотонность.

Просто презираю.

– Каждый час такого времяпровождения ускоряет приближение кризиса среднего возраста, – заявляю я Сайласу, который свернулся на диване с телефоном и что-то яростно печатает. – Если эта штука еще не научилась делать тебе минет, то отложи ее уже.

– Ты не можешь хоть одну ночь развлечь себя сам? – бурчит он. – Я не в настроении идти гулять.

Конечно, вместо этого он в настроении всю пятницу вариться в их тупиковых отношениях с Ами после того, как он замахнулся выше своей весовой категории, и Слоан все равно что сдернула с него штаны и поржала над его членом, только в исключительно словесной форме. Бедняжка. Нет чтобы повести себя по-взрослому, найти и затащить в постель кого-нибудь по обоюдному согласию и забыть, так он решил устроить печальную вечеринку. Как же утомляет депрессия.

– Можем вместе подрочить, – предлагаю я хорошую альтернативу.

– Лоусон, я серьезно. Иди донимай кого-нибудь другого.

Скучный.

Выхожу из комнаты со стаканом бурбона в руке и нахожу по ту сторону абсолютное ничего. Как будто в какой-то психушке живем, честное слово. Пустые коридоры с мигающими лампами. Все заперлись по своим комнатам и смотрят телевизор. Вечером пятницы. Да что, блин, с этими людьми не так?

Заглядываю в комнату Эр Джея и Фенна, но тут же жалею об этом.

– Подъем, – кричу я Фенну, который валяется на кровати в наушниках. – Собирайся, пошли гулять.

– Чел, нет. Не хочу. – Он с ворчанием швыряет в меня тетрадкой через всю комнату.

– Восхитительно. – Прислонившись к дверному косяку, осуждающе качаю головой. – Половина этажа сохнет по одной из сестер Тресскотт, когда существует столько кандидаток, готовых хоть сейчас разрешить подходящему парню пить шоты с их сисек.

– Ты еще не говорил с Кейси? – спрашивает Фенн, благополучно отфильтровав все остальное. – Неудивительно. Пятьсот долларов дам, если сможешь до нее достучаться.

– Ну, что тебе сказать, звучит как ужасно бесполезная трата времени. Так что нет. – Кошусь на сторону Эр Джея, на которой уже словно несколько дней почти не живут. – А твоя вторая половина где?

– Эр Джей? Откуда я знаю. Со Слоан, наверное.

Ну конечно. Эти двое стали просто невыносимы.

– Ну ладно. Я пошел. – Но я делаю паузу, чтобы еще раз посмотреть на Фенна. Его унылое лицо меня напрягает. – Ты же не будешь болтаться на люстре, когда я вернусь, правда?

– Иди отсюда, Лоусон.

– Ага. Буэнас ночес.

Мой самый крайний случай в полном одиночестве играет в бильярд сам с собой в гостиной, то есть в нашей холостяцкой пещере, полной кожаных диванов, игровых столов и бара с закусками, который Сэндовер ежедневно пополняет.

Бухать с Дюком Джессапом практически позорно, а девчонок с ним искать и того хуже, но у него протеиновый порошок вместо мозгов, и он заводится с пол-оборота, а это уже само по себе развлечение. Сейчас на нем клетчатые штаны и его знаковая футболка в обтяжку. Шлепая босыми ногами, он обходит вокруг стола, чтобы разбить шары. Темные волосы, пронзительные глаза – отрицать сложно, Дюк привлекателен в глазах многих.

Но увы… он невыносимый мудак, да.

– До чего низко вы пали, ваше величество, – протягиваю я, подхватывая кий со стены. – Путешествуете налегке, я смотрю.

Когда-то везде, где ступала нога Дюка, за ним по пятам следовала свита. Теперь все изменилось. Свергнутый правитель Сэндовера выглядит одиноким в своей отставке.

– Смейся, смейся, клоун. – Обойдя стол, он прицеливается.