— Я всё сказала, лорд Писарь, — произнесла она. — Отправляйтесь завтра же в северные герцогства, а управление этим Ковенантом оставьте мне.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Я взял с собой Эйн, Вдову и дюжину самых верных разведчиков. Тайлера я оставил в Атильторе во главе Разведроты, приказав прочёсывать местность в поисках следов Суэйна или Офилы. А ещё к моей дипломатической миссии присоединились Квинтрелл и Адлар Спиннер. Менестрель и жонглёр, по крайней мере, развлекали бы аристократов, которые, как я подозревал, могли оказать не самый тёплый приём. Конечно же, и Лилат тоже отправилась со мной — без спроса, но неизбежно, куда бы я ни пошёл. Во время дневного перехода она обычно исчезала, очевидно, считая лесистые холмы, мимо которых мы проезжали, неотразимой игровой площадкой.

— Медленные и толстые, — сказала она на третью ночь после священного города, бросив связку кроликов возле костра. — И как вам только удаётся голодать в таких землях?

Я в ответ лишь невнятно пробурчал, увлечённо читая том, который добыл в библиотеке Ковенанта: «От бандитизма к господству — история семейства Пендроук, хранителей Альтьены». Нагрянув тем утром в библиотеку, я расстроился, узнав, что стремящаяся Вьера ушла — старший библиотекарь, видимо, решила лучше отправиться следом за свергнутыми светящими, чем подчиняться еретическому правлению Помазанной Леди. Остальные по большей части последовали её примеру, оставив лишь трио молодых, но увлечённых хранителей.

— Исидорский кодекс? — переспросила косоглазая девушка в рясе послушницы, когда я объявил цель своего визита. Она моргнула большими глазами, от удивления сжав губы в кружок.

— Он у вас есть? — спросил я.

— Был, милорд. — Снова моргнула. — Стремящаяся Вьера хранила его под замко́м вместе с некоторыми другими томами. Боюсь, она все их забрала, когда… — Послушница замолчала, нервно морщась от сожаления.

— Понятно, — сказал я, выдавив улыбку. — Что вы можете рассказать о кодексе?

Тут её трепет по большей части развеялся, а своей позой она напомнила мне свою сбежавшую начальницу, с её жёсткой, учёной уверенностью.

— Мученицу Исидору называли единственной пророчицей раннего Ковенанта, — сказала она. — Непросвещённые короли далёких земель убили её подлейшим образом, не согласившись с предсказаниями относительно катастрофы, которая постигнет их королевства, если они и дальше будут избегать любви Серафилей. Эти пророчества оказались настолько опасны, что её последователи записали их шифром, ключ к которому был утрачен. Некоторые учёные пытались его расшифровать, лишь с частичным успехом. Поэтому её свиток такой короткий по сравнению со многими первыми мучениками, а её имя малоизвестно даже среди верующих.

«Книга с зашифрованными предсказаниями», размышлял я. «Но это не помешало Арнабусу их прочитать».

— Известно ли вам, приходил ли сюда Великий Еретик с вопросами о кодексе?

От этих слов её сила духа чуть поколебалась, но она заметно сглотнула и смогла почти бесстрашно ответить:

— Нет, милорд. Такие вещи выше моего положения.

Я знал, что Вьера сейчас в дороге на Куравель, предположительно в повозке с сундуком запрещённых книг. Я вполне мог её перехватить, но это стало бы ясным сигналом моего интереса, которым она, несомненно, поделилась бы с низложенными светящими и, скорее всего, с агентами Леаноры. Сохранить всё в тайне было бы легко, если бы я решил убить Вьеру и всех, кто с ней путешествует, но пойти на такое я не мог.