«И в кого же?» — читалось на ее лице.

— В Беллатрису Лестрейндж, — негромко произнас Невилл, и она невольно прикрыла рот рукой.

— Я не… — проговорила Джинни, и я видел, как ее лицо медленно теряет краски, делаясь мертвенно-бледным, особенно белым на фоне рыжих волос.

— Ты — да, — мягко сказал Том, подойдя к ней. — Ты уже в начале этого пути, а потому я говорю тебе, Джиневра Уизли: остановись, пока не поздно! Покамест я могу взять тебя за руку и увести другой дорогой, но еще немного, и мне останется только оказать тебе последнюю услугу, а не думаю, что ты сама или кто-то из присутствующих будет рад такому повороту…

«Удар милосердия», — вспомнил я и невольно содрогнулся, а Луна вдруг соскочила с кровати, схватила нас с Невиллом за руки и потащила прочь из комнаты.

— Так надо, — пояснила она в своем неповторимом стиле, когда за нами закрылась дверь.

Я успел только услышать, как взахлеб плачет Джинни и что-то говорит Том, но тут он, видно, закрылся от подслушивания, потому что из-за двери больше не доносилось ни звука.

— Туфли там забыла, — вздохнула Луна, глядя на свои ноги в полосатых чулках, пошевелила пальцами, потом рассеянно трансфигурировала забытые кем-то черновики в тапочки и помахала нам: — Спокойной ночи!

— Спокойной ночи, — отозвались мы, а я мрачно спросил:

— Что, в гостиной ночевать будем?

— Да ну, не в креслах же. Пойдем в Выручай-комнату, — мирно ответил Невилл и добавил: — Уж если кто и сумеет приручить твою сестру — так это только Том!

— Знаешь, я в этом не сомневаюсь, — сказал я. — Только не хочу знать, что может получиться в результате такого союза!

— Это еще не скоро случится, — ободрил Невилл. — Она еще маленькая, а он не завоевал власть над миром.

— Будем надеяться, что в ближайшие лет десять они будут заниматься только вторым, — пробормотал я, и мы отправились на боковую…

Глава 47. Драконы. Часть 1

— Ну и где вас носило? — встретил нас поутру Том, успевший умыться, побриться и вообще выглядевший цветуще.

Джинни в нашей спальне не было, и я мрачно посмотрел на Риддла и кивком попросил Невилла выйти.

— Что это за гримасы? — тут же спросил Том, повязывая галстук.

— Я, знаешь, как старший брат, хотел бы… — начал я, собравшись с мыслями, но он остановил меня жестом и негромко произнес:

— Рональд, не нужно думать обо мне хуже, чем я того заслуживаю.

Пока я переваривал эту фразу, Том добавил:

— Если ты хочешь знать, что здесь происходило, то я могу тебе ответить: Джиневра наревелась до икоты, а когда уснула у меня на коленях, я перенес ее на твою кровать, снял туфли, укрыл, задернул полог и завалился спать.

— Том, я могу только поверить тебе на слово, — ответил я совершенно серьезно. — Ты же запросто стираешь память, а что до прочего… Не подкопаешься, даже если захочешь.

— Рональд, я могу честно тебе признаться — твоя сестра пыталась меня поцеловать, — сказал он без тени улыбки, — а я подставил щеку и обнял Джиневру, чтобы успокоить, ей этого хватило. Она очень уж темпераментна, а я переоценил ее самообладание, когда оставил на нее Крама и отправился покорять француженок… Как-то, знаешь ли, позабыл, насколько влюбчивы и обидчивы девочки в этом возрасте…

Том помолчал и добавил:

— Сам я этого не помню, конечно, но я-второй определенно совершил большую ошибку, оттолкнув Беллатрису Блэк.