Я краем глаза видел, как Поттер замахнулся палочкой, но Малфой начал уже на счёте «раз», явно у Снейпа учился, а тот сами знаете, у кого. Его заклинание неплохо приложило Поттера, но тот быстро очухался и ответил Риктусемпрой. Впрочем, мне некогда было приглядываться, потому что на счет «два» я вмазал Финнигану все тем же банальным Экспеллиармусом, разоружил, и тогда уже мог смотреть спектакль дальше.

Малфой изображал умирающего… от смеха. Поттер же решил проявить благородство и отступил от лежащего на полу врага, но Драко не был бы собой, если бы не саданул по противнику исподтишка Таранталлегрой.

— Не думал, что Поттер так здорово пляшет, — сказал Финниган, ничуть не обидевшийся на поражение. Я отдал ему палочку, и мы стали смотреть представление вместе. — Ему бы рил поучиться танцевать, цены б ему не было!

— Предложи, — фыркнул я.

— Ага, сейчас… Но ты силен, Уизли, не ожидал!

— Впредь ожидай, я не один такой, — пожал я плечами. Симус мне ничего дурного не сделал, я ему тоже, так отчего же не поговорить по-человечески?

— Ничья, — сказал Невилл, подходя к нам. — Томас дерется, как берсерк.

— Сам ты берсерк, — беззлобно ответил тот. — Но вообще мне понравилось. Только ты начал не на счет «три»!

— Меня так бабушка учила, — ничтоже сумняшеся соврал Лонгботтом, — не станет же настоящий противник дожидаться счёта?

— И то верно, — почесал Томас в затылке и хлопнул Финнигана по плечу. — Эх, продули слизеринцам! Ничего, впредь умнее будем…

— Вам не помешает, — фыркнул я, но ответить они не успели.

— Прекратите безобразие! — раздавался над залом призыв Локхарта, но тщетно. Наконец Снейп, решив, видимо, что танцев с Поттера достаточно, прекратил действие заклинания, и тот рухнул на помост, а Малфой прекратил истерически смеяться. Причем ржал он уже точно не от Риктусемпры: если сумел наградить Поттера заклинанием, то и это смог бы отменить самостоятельно.

Большой зал заволокло дымом. Большинство уже закончили сражаться, только Грейнджер все еще яростно атаковала Миллисенту. Та ушла в глухую оборону, и получалось у нее не так уж плохо, но только Том приучил нас различать намерения соперников, и сейчас я видел, что Грейнджер отвлекает внимание мелкими заклинаниями, а сама готовит что-то посерьезнее… Так и есть!

— Ступефай! — гаркнул я, и гриффиндорка замерла на полувыпаде. Миллисенте могло не поздоровиться, щит бы она выставить уже не успела. А кому хочется ночевать в больничном крыле?

Она оглянулась, встретилась со мной глазами, перевела взгляд на палочку у меня в руке, и вдруг улыбнулась. Ей-ей, с такой улыбкой она выглядела почти красивой!

— Молодец, — сказала Джинни, подкравшись со спины, — прямо-таки рыцарь на белом коне! Грейнджер собиралась швырнуть в нее Слагулус Эрукто, я слышала первое слово. Можешь представить, каково девочке прилюдно блевать слизняками?

— Могу, — честно ответил я. — Но не хочу.

— Одним словом, ты успел вовремя, — фыркнула сестра и треснула меня промеж лопаток. — Герой! Спаситель!

— Да иди ты, — беззлобно ответил я, провожая взглядом Миллисенту. Она тоже всё оглядывалась, а потом отошла к однокурсницам и о чем-то с ними зашепталась.

Локхарт тем временем продолжал развивать бурную деятельность.

— Наверное, мне лучше научить вас блокировать недружелюбные заклинания, — сказал он и взглянул на Снейпа. — Мне нужна пара добровольцев… Лонгботтом и Финч-Флетчли, как насчет вас?

— Плохая идея, профессор Локхарт, — сказал Снейп.