— Это ты, паренек? — наконец пробормотал Брет. — Не может быть...

— Да, это я.

Брет не бросился к нему с раскрытыми объятиями и не разразился потоком приветствий. Вместо этого он лишь оперся ладонью о стойку. Магьер выхватила из ножен саблю.

— Только кликни солдат или попытайся удрать — и не добежишь до двери.

Клеверок громко зашипел, и Малец тотчас ответил ему сдержанным, но грозным рычанием.

— Магьер, убери саблю, — сказал Лисил. Он и не ожидал, что Брет станет бурно радоваться встрече. — Брет, я знаю, что прошло много лет, но все же выслушай меня.

На лице Брета не было ни гнева, ни осуждения. Он выглядел так, словно только что получил увесистый удар в солнечное сплетение.

— Да что ж ты так, паренек, зачем же так... не надо... Ты голоден? Давно ел?

Лисил отступил на шаг и почти рухнул на ближайший стул. Магьер даже не шелохнулась, и тогда он, протянув руку, оттолкнул ее в сторону. Магьер отступила, встала за спиной у Лисила и, наконец убрав в ножны саблю, положила руку ему на плечо.

— Мы пришли разузнать о родителях Лисила, — сказала она, и в голосе ее по-прежнему таились угрожающие нотки. — Знаешь ли ты, что случилось с ними после... после того, как он покинул город?

Брет оглядел Магьер с головы до ног, уделив особое внимание ее черным волосам и снова опустив взгляд на ее сапоги из хорошо выделанной кожи. И, словно не заметив ее угрожающего тона, повернулся к Лисилу.

— Это твоя женщина? Не сомневался, что ты выберешь самую необузданную. — Он указал кивком на Винн. — С этой, судя по всему, легче ужиться, но твой отец тоже всегда предпочитал необузданных.

Пальцы Магьер чуть сильнее сжали плечо Лисила. Винн глядела на Брета так, словно не знала, счесть его слова лестью или оскорблением.

Лисил не мог вымолвить ни слова — у него перехватило горло. Да, отцу понравилась бы Магьер, хотя можно только гадать, что сказала бы о ней мать, если только... нет — когда они ее найдут. Он медленно, глубоко вдохнул.

— Что стало с Гавриелом? И с моей матерью?

Впервые за все время в голосе Брета мелькнула тень гнева.

— Не поздновато ли об этом спрашивать, а?

Лисил резко встал и направился к двери, натянув капюшон. Лицо его горело от стыда. Не нужно было ему сюда приходить. Был ли Брет другом его отцу, нет ли — но негоже подставлять его под удар из-за старых прегрешений Лисила.

— Нет, погоди, чтоб тебе пусто было! — крикнул Брет, затем что-то проворчал себе под нос. — У тебя не было выбора. Ты не годился для того ремесла, которым занимался твой отец, — и уж кто это понимал лучше его самого! А теперь вернись и сядь.

Лисил остановился.

— Где они? Мертвы?

— Да сядь же, говорю! И женщина твоя пускай тоже сядет. — Брет махнул рукой Винн. — И ты, девочка, иди сюда.

Усадив гостей, он вышел в кухню и скоро вернулся, неся котелок с кипятком, галеты и четыре кружки. Бросив в котелок чайные листья, он уселся за стол и в упор поглядел на Лисила.

— Ты очень похож на нее, но вот поступаешь совершенно как он. — Брет, опустив взгляд, уставился на столешницу. — Я не знаю, что с ними сталось. Когда я узнал о твоем побеге, то тут же послал весточку Гавриелу. Я и сам бы к нему пошел, да боялся, что меня заметят. Я думал, что они с Нейной уж как-нибудь найдут способ выбраться из города. — Брет замолчал, оперся локтями о стол, сплетя пальцы. — Одним только богам известно почему, но они направились в замок. Чистое безумие! Их заметили там, когда они спускались в подземелья. Я пытался разузнать что-то еще... Клянусь жизнью, я потратил на это целый год!

Лисил похолодел, голова его пошла крутом.