Снаружи, перед трактиром загрохотали копыта, затем со скрипом распахнулась входная дверь. Хеди с легким удивлением увидела, что через вестибюль идет лейтенант Омаста. За ним шагал Эмель. Глаза его были раскрыты чуть шире обычного, на скулах играли желваки, и по этим приметам Хеди поняла: что-то не так.

— Что случилось? — спросила она.

Потом поднялась — ростом она едва доходила до плеча Омасты — и, обойдя лейтенанта, направилась к Эмелю, который остался стоять в коридоре. У входной двери ждали четверо стражников Омасты, а солдат Эмеля видно не было.

— Мне приказано, леди, сопроводить тебя в замок, — пояснил Омаста. — Лорд Дармут позаботится о твоей безопасности, пока не будет поймана та тварь, что напала на тебя.

— Я и здесь в безопасности, — отвечала Хеди ровным голосом, подавляя нахлынувший страх. — Меня охраняют солдаты барона Милеа.

Эмель едва заметно качнул головой.

— Барон Милеа останется здесь, — сказал Омаста. — У меня приказ, леди. Я привел для тебя коня.

— Ей нужно собрать вещи, — подал голос Эмель. И, взяв Хеди за руку, повел ее к лестнице на второй этаж.

Омаста тотчас двинулся за ними.

— Это само собой. Я помогу снести их вниз.

Хеди поднималась по лестнице рука об руку с Эмелем. Было уже ясно, что Омаста ни на миг не оставит ее наедине с бароном. Видимо, случилось что-то еще, если Дармут решил заточить ее в замок ради ее собственной «безопасности».

Эмель, напряженный, как тетива, провел Хеди в ее комнату и начал собирать ее одежду, безделушки и всякие дамские мелочи. Омаста торчал в коридоре, но дверь оставил открытой. У Хеди не было ни малейшей возможности сказать Эмелю хоть слово наедине.

Когда вещи были собраны, страх, который снедал Хеди, усилился. Она пыталась придумать, как бы оттянуть отъезд из трактира и хоть на минутку остаться с глазу на глаз с Эмелем. Так ничего и не придумав, Хеди прибегла к древней как мир женской уловке.

Она приложила руку к горлу, закатила глаза и с едва слышным вздохом упала в обморок.

Она услышала, как Эмель опустился на колени рядом с ней, ощутила, как он взял ее за руку... а потом он закричал Омасте:

— Принеси полотенце и холодной воды... иди в кухню, парень, в кухню!

Мгновение было тихо, затем по коридору загрохотали, удаляясь, тяжелые шаги.

Хеди открыла глаза, быстро села, держась за руку Эмеля, и, подавшись к нему, шепотом спросила:

— Что случилось?

— Тсс! — ответил он, и в его зеленых глазах отразился такой же страх, какой терзал Хеди. — Надо было мне сказать тебе об этом еще прошлой ночью. Дармут выбрал тебя в жены. Ему нужен законный наследник.

Хеди оторопело уставилась на него. Может, она ослышалась? Мысли ее заметались в беспорядке, а ведь Омаста мог вернуться с минуты на минуту.

— Не дай им заточить меня в замке! — взмолилась она.

— Отказаться нельзя, — быстро сказал Эмель. — Если откажемся, мой труп сгниет на стене замка, а с тобой все равно сделают, что захотят.

— Да я лучше умру! — повысила голос Хеди, и Эмель тотчас прижал палец к губам. — Да, я лучше умру, чем рожать ублюдков стареющему деспоту! Должен же быть хоть какой-то...

— Поезжай с Омастой и жди меня, — перебил ее Эмель. — Улыбайся Дармуту, льсти ему, изображай, если понадобится, счастливую невесту — словом, делай все, чтоб не вызвать у него подозрений. Я найду способ вызволить тебя, и мы сбежим вдвоем, но только нельзя допустить, чтобы он заподозрил неладное.

В этот миг к двери подбежал Омаста.

— Сейчас придет служанка! — крикнул он еще из коридора. — Как ты... как ты себя чувствуешь, леди?

Он увидел, что Хеди придвинулась к Эмелю и сжимает его руку.