Снасти скрипели. Лампа, висевшая под потолком, неожиданно загорелась и теперь болталась в такт движениям судна. Дамон захлопнул журнал — комнату опять затопили темнота и уныние.

«„Буря Абрэйма“, — догадался он. Заглавие тома повторяло буквы, написанные на носу корабля. — Кто же этот загадочный Абрэйм? Капитан корабля или чародей? А может, просто владелец зачарованного журнала?»

На этот раз Дамон открыл том на первой странице. С палубы тут же донеслось хлопанье парусов.

— Невероятно, книга воочию показывает историю корабля! — Грозный Волк в недоумении попятился и рухнул на койку.

За окном раскинулась небесная синева, соленый запах моря щекотал ноздри, судно наполнилось звуками.

Дамон расположился удобнее и погрузился в чтение.

По палубе бежали люди, звучали отрывистые команды:

— Поднять грот! Набираем скорость, парни! Лево на борт! Выровнять корабль по ветру!

Грозный Волк с головой ушел в рассказы о похождениях команды «Бури». Он уже ощущал себя матросом, который нападает на торговые караваны, забитые сокровищами, таскает награбленное в пиратские трюмы, испытывает животную радость от общения с портовыми женщинами, стоит на вахте, подставляет лицо соленым брызгам, дерется и пьет дешевый ром.

Прошло несколько часов, а бывший рыцарь читал без перерыва, пробегая страницу за страницей.

«Бесценная зачарованная книга, — ликовал он. — Ее-то я и подарю целительнице! Вот только прочитаю еще одну, самую последнюю страничку».

Но остановиться было невозможно. Более того, Грозный Волк собирался вновь открыть журнал с начала, чтобы перечитать все подробно и насладиться вкусом настоящей романтики и приключений.

В какой-то момент он почувствовал, будто попал прямо в Бездну.

На мостике командовал капитан Абрэйм — высокий человек с массивным носом, сломанным в драке, и смуглой кожей, задубевшей от соли и солнца. Корабль шел вниз по реке в направлении пиратского порта, и тут неожиданно поднялся ураган. Абрэйм, отчаянно ругаясь, размахивал руками, призывая матросов спустить паруса и перенести в трюм бочонки с водой.

— Значит, ты все-таки был пиратом, Абрэйм, — задумчиво произнес Дамон, — и этот журнал — твоё главное богатство.

Команда волновалась, что корабль вот-вот сядет на мель. Но капитан-чародей встал у штурвала и бросил все силы на то, чтобы удержать судно в фарватере. Потрескавшиеся губы шептали заклинание, способное успокоить разыгравшуюся стихию, и шторм начал стихать. Матросы, скопившиеся на палубе, облегченно вздохнули. Однако налетел новый, еще более мощный шквал.

— Меняем курс, капитан?

Абрэйм тряхнул седой гривой и продолжал колдовать, одной рукой удерживая штурвал, а другой указывая на небо. Все стихло, но ненадолго.

Буря швыряла судно как щепку. Слишком поздно стало ясно, что все-таки следовало поменять курс и выйти в открытое море. Страх, охвативший моряков, сжимал горло Грозного Волка, кровь стучала в висках, а пальцы до посинения цеплялись за фальшборт.

— Мне не справиться с этим! Все на нижнюю палубу! — взревел капитан.

Яростный смерч и гроза были вызваны гневом Богов, и ни один человек, какими бы магическими умениями он ни обладал, не мог противостоять им.

Когда началось землетрясение и река встала на дыбы и погнала «Бурю» обратно, вверх по течению, Абрэйм сдался. За кормой поднималась ввысь водяная стена.

Дамон слышал громоподобный рев ливня и еле различимые крики людей, смываемых за борт. Затрещала и накренилась грот-мачта; грохотали и раскалывались берега реки; палуба ушла из-под ног; мир завертелся в стремительном круговороте. Последнее, что увидел Грозный Волк, была сомкнувшаяся над головой толща воды и земля внизу, там, где расступилось русло реки.