С минуту они выкручивали палицу друг у друга, затем девица рванула оружие на себя так, что туника Вейрека наконец лопнула и юноша навалился прямо на Герти. Однако оружия ни тот, ни другая не выпустили, и борьба продолжалась до тех пор, пока воровке не удалось подмять молодого человека.

— Прекрати сопротивляться, щенок! Клянусь, я убью тебя быстро! Ты — человек, и выгодно продать тебя не удастся.

— Ты не можешь быть такой сильной, — задыхаясь, проговорил юноша.

Между тем Мэлдред сумел освободить запястья и лодыжки от веревок и теперь сидел на разбитой кровати, не в силах подняться.

— Это… не… неправильно… в-все… — пробормотал он. — Тут что-то не так.

Силач попробовал встать, но ноги не желали слушаться. Единственное, что у него получилось — растерянно замахать руками.

— Что-то не так? — передразнила его полуэльфийка. — Неужели ты тоже заметил? Да они пробивают стены насквозь! Ломают кровати! Они сильны, как быки! И в самом деле — что-то не так! Мэл, я должна… Ой! — Эльсбет снова задела Рикали, и та была вынуждена замолчать, чтобы полностью сосредоточиться на отражении ударов.

— Дамон! Дамон! — позвал Мэлдред друга. — Очнись!

Дамон неуклюже заворочался, продолжая наблюдать за боем Рикали и Эльсбет. Воровка прижала полуэльфийку к стене и занесла кулак. Девушка вовремя пригнула голову, и кулак пролетел мимо, пробив дыру в стене. Полуэльфийка замерла с открытым ртом, когда женщина спокойно выдернула из отверстия руку, на которой не было ни царапины, только следы известка на костяшках пальцев.

— Я… я… не знаю, кто ты… — заикаясь, пробормотала Рикали. — Но ты точно не обыкновенная воровка.

— Не обыкновенная — это уж точно, — злобно бросила Эльсбет, вонзая нож в плечо девушки. — Возможно, Герти права и мне пора прекратить играть с тобой и закончить этот балаган, но я не хочу слишком уж уродовать тебя. Ты не человек, и за тебя можно выручить немало звонких монет.

— Свинство! Какое свинство!

Рукав платья полуэльфийки потемнел от крови, раненая рука быстро немела, и кинжал выскользнул из ослабевших пальцев. Рикали осталось только бессильно выругаться.

— Ты неплохо порезала меня, ты, отвратительная… подлая… все равно кто!

Она рванулась влево, тут же резко развернулась вправо и подалась вперед. Эльсбет оказалась застигнутой врасплох и отступила.

Рикали добежала до кровати, на которой лежал Дамон, и оставшимся кинжалом принялась перепиливать узел, стягивающий его правую лодыжку. Двух движений хватило, чтобы веревка лопнула. Девушка поспешила к другой стороне кровати и проделала то же самое с веревкой, опутавшей левую лодыжку Грозного Волка. Этого оказалось достаточно, чтобы бывший рыцарь почувствовал себя практически свободным.

Тем временем Эльсбет не собиралась упускать свою добычу, несмотря на то, что пол вокруг кровати был густо усыпан осколками зеркала. Толстуха бросилась к Рикали, вскрикивая, когда стекло впивалось в ее босые ступни. Полуэльфийка преградила ей путь, взмахивая перед собой кинжалом, чтобы не дать Эльсбет приблизиться. Однако воровка перешла в наступление и начала теснить девушку к окну.

Между тем Дамон полностью избавился от пут, разбив спинку кровати, но сесть ему удалось только с третьей попытки. Комната кружилась у него перед глазами, однако теперь бывший рыцарь смог как следует разглядеть полуэльфийку.

Девушка сильно изменилась со времени их последней встречи. Раньше она носила обтягивающую одежду, а сейчас на ней было широкое платье, доходящее до щиколоток.