«Тем не менее, ты — сын простого писаря — направляешься в королевский дворец, чтобы стать учеником самого знаменитого лекаря Королевства. Лекаря, который обладает удивительными способностями Чувствующего».

«Это к делу не относится!» — рявкнул Тор. Он не хотел признаваться, насколько потрясен тем, что Клуту известны такие подробности.

«Во имя Света! Ты обладаешь силой творить настоящие чудеса. Думаешь, его это не заинтересовало? Смотри, тебе удалось меня исцелить, а ведь ты еще совсем новичок. Подумай об этом хорошенько, Тор. Что ты чувствовал, когда лечил меня? На что это похоже? Так вот: когда ты поймешь, что от тебя требуется лечить людей для тебя будет все равно что жевать печеньки от Гуди Батт — просто и не оторваться!»

Юноша фыркнул.

«Отлично. Сегодня я спас тебя, завтра спасаю мир… Знать бы только, от чего».

«Этого я тоже не знаю, мальчик мой, — покачал головой Клут. — Может, Лисс нам сообщит».

Тор налил в кружку воды из кувшина, осушил ее и почувствовал себя немного спокойнее. Снова наполнив кружку, он протянул ее Клуту.

«Ладно. Расскажи, что ты еще знаешь».

Брокен улыбнулся.

«Лисс велела мне ждать. Во время каждого появления она требовала от меня терпения. Я ждал пятьдесят лет».

«Сколько?! То есть… тебе больше пятидесяти? Но…»

Бывает, что мысли трудно облечь в слова. Но на этот раз Тор даже не знал, что думать.

«Именно. По вашим меркам я стар, но мы, брокены — необычный народ. Мы живем долго, и с точки зрения наших старейшин я все еще очень молод».

«Твои родители живы?»

«Конечно. И мои старшие братья и сестры, и даже мои бабушки и дедушки… Все они пребывали в добром здравии, когда я покидал Роркъель».

Его уродливое лицо осветила теплая улыбка. Тор не удержался и фыркнул.

«Клут, ты представляешь, каково мне все это слышать? Еще несколько дней назад отец ругал меня за кляксы на пергаменте. А теперь я нахожусь под покровительством странного очень древнего… брокена — я правильно сказал? И мне говорят что я должен спасти мир неизвестно от кого».

«Поверь, Тор. Ты должен принять это, как принял я. Представь себя на моем месте. Пятьдесят лет подряд, каждую ночь тебе твердят о каком-то ребенке, который еще даже не появился на свет… А через пятьдесят лет выясняется, что ты должен немедленно покинуть свой дом, и семью, найти его и защищать».

Разговор оборвался. Некоторое время каждый думал о своем… и в то же время об одном и том же: о том, как странно порой переплетаются жизни.

«А Лисс сказала тебе, чего хочет от меня?» — спросил, наконец, Тор.

«Нет, — Клут пожал плечами. — Но она говорила, что мы оба должны слушать свое сердце. И что все сложится само собой».

«Само собой? Во имя Света… во что я ввязался! А еще что-то мне следует знать? Э… подожди. Ты сказал, что тебя ко мне послали. А откуда ты узнал, где меня искать?»

Клут глотнул из кружки и потянулся.

«В это полнолуние Лисс явилась мне во сне и объявила, что время пришло, и что я должен уйти из дома до рассвета. А когда я спросил, куда идти, она ответила, что я узнаю, когда проснусь. И оказалась права. Я проснулся до рассвета и тут же почувствовал тебя. Между нами как будто тянулась веревка, свитая из радуги. Я шел через Таллинор и сматывал ее, чтобы сохранять натяжение. А тебя я узнал по Цветам — они такие яркие, сильные…»

«Я свечусь, что ли?»

«Нет. Я шел туда, куда тянулась та радужная веревка… и оказалось, что она тянется прямо к тебе.