Именно в этот момент загнанная жертва заметила перед собой нору кхолота. Она была приличных размеров, а потому юркий Тукуи без особенно труда протиснулся внутрь и затаился. Неужели Кулуны решатся шарить даже под землей? Нет, этого не может быть. Гвурран принялся спускаться вниз, где ход значительно расширялся, позволяя ему продвигаться все быстрее и быстрее. Через несколько мгновений Тукуи оказался в овальной норе, превышающей по размером его тело более чем в три раза. Это был тупик. Между жертвой и преследователями оказался приличный слой почвы, а потому крики Кулунов несколько поутихли. Прекрасный тайник имел всего один-единственный недостаток.

Нора была уже занята семейством кхолота.

Тукуи замер. Кхолоты, конечно, были травоядными — им нравились травы, злаковые, древесные листья, но никак не гвурраны. По крайней мере, бедный зверек на это надеялся. Две плоскомордые взрослые особи, покрытые светло-зеленой шерстью, неодобрительно взглянули на незваного гостя. К счастью, в норе не оказалось детенышей — в ином случае он и не смог бы так далеко пробраться. Огромные острые резцы, предназначенные для срезания травы, недобро поблескивали в темноте. Тукуи догадался, что участь травы может сейчас постигнуть растительность на его лице… Да и само лицо тоже.

Как только хозяева начали приближаться, он затаил дыхание. Кхолоты фыркали и обнюхивали пространство, в то время как гвурран огромным усилием воли пытался подавить дрожь. Плотно закрыв глаза, он решил прикинуться куском экскрементов доргума, который случайно скатился по пологому ходу в нору. Звуки цокающих садаинов и переговаривающихся наездников все еще слышались с поверхности земли. Тукуи не знал, какое количество времени ему придется пролежать в столь неудобной позе.

Издав пренебрежительное фыркание, которое Тукуи расценил как проявление обиды, пара кхолотов прошествовала мимо и отправилась вверх по тоннелю. Их реакция показалась гвуррану более чем странной. Неужели он настолько отвратительно вонял, что игра в навоз увенчалась успехом? Внезапно он вспомнил о том обстоятельстве, что всего несколько минут назад сидел в здании Кулунов, заполненном таким разнообразием ароматов, которое редко встречалось в природе. Именно это обстоятельство и послужило причиной того, что кхолоты не только не стали атаковать его, но и поскорее выбрались на поверхность, решив не связываться с вонючкой. Плохой запах — плохой вкус, решили разочарованные землерои.

В этот момент над головой раздался резкий выстрел, громкие крики охотников и жалобный вопль одного из кхолотов. Появившись из норы, они были ошибочно приняты за беглеца. Как только ошибка была разгадана, товарищ неудачливого охотника зашелся громким смехом. Развернувшись всем телом к выходу, гвурран прилег на живот и прислушался.

— На сегодня хватит. Уже поздно, и я зверски устал. Мне не важно, что сказал этот Баиунту.

— Согласен, — твердо произнес второй охотник, натягивая поводья. — Давай скажем ему, что мы поймали и убили беглеца.

— Конечно. Он же один здесь — без воды и провизии… Прерия закончит начатое нами дело.

Вслед за разговором послышались звуки удаляющихся копыт садаинов. И даже после этого Тукуи еще несколько минут прислушивался, прежде чем отважиться выбраться на поверхность.

Оказавшись на свежем воздухе, усталый, грязный, но живой, он заметил, что преследователи действительно убрались восвояси. Взобравшись на камень, он принялся обозревать окрестности поверх высокой травы прерии. Несмотря на глухую ночь, Кулуны собирали лагерь; они были сильно озабочены, а потому бегали из стороны в сторону и постоянно подгоняли друг друга. Насколько Тукуи было известно, ни один из кочевников не отваживался отправляться в путь в темное время суток.