Анакин почувствовал удар мощными лапами в грудь и тут же отлетел в сторону. Через мгновение челюсти зверя сомкнутся у него на горле. Времени на размышления не было…

Как только страшные челюсти приблизились, Анакин неимоверным усилием перевернулся; верхняя челюсть хищника, покрытая массой неровных зубов, вонзилась в сухую землю. Разъярившись, тварь обернулась к жертве, раздувая одну-единственную ноздрю и подрагивая хвостом. Ярко-желтые глаза блестели на фоне черной массы мощных плеч.

Возвратившись в сидячее положение, Анакин попытался призвать на помощь Силу, шаря тем временем по поясу в поисках светового меча. Сорвав его с портупеи, падаван нажал активацию — ив этот момент мощная трехпалая лапа выбила оружие в траву. Меч покатился, ударился о камень и погас. Разум Анакина принялся мгновенно оценивать ситуацию, предлагая сразу несколько вариантов выхода. Тем не менее до быстродействия мозга истинного джедая ему было еще далеко, и Анакин с болью подумал, сколько же ему предстоит еще учиться… Если сегодня удастся выбраться из этой переделки.

Лишенный оружия, юноша медленно поднялся на ноги. Шанх не мигая смотрел на жертву и в предвкушении праздника тихо шипел. В отличие от падавана зверю не надо было искать варианты решения проблемы. Мышцы под короткой шерстью напряглись, шанх разинул пасть и вновь бросился в атаку.

Анакин упал на спину, и, сконцентрировавшись так, как не делал этого никогда ранее, он выставил руку вперед.

Искусства направлять Силу не хватило, чтобы отбросить зверя, но шанх приземлился на приличном расстоянии. Челюсти щелкнули в воздухе, и зверь вновь кубарем укатился в траву. Один из когтей все же скользнул по плечу Анакина, но падаван даже не вскрикнул.

Кровь хлынула на землю. Рана была широкая и болезненная, но, к счастью, не глубокая.

Взбешенный и раздосадованный шанх развернулся и тут же бросился в новую атаку. В этот момент Анакин предпринял попытку завладеть мечом. Хватившись за металлический цилиндр и ощутив его спасительную прохладу, юноша принялся разворачиваться для финального удара. Шанх оказался самцом — мощным, быстрым и очень голодным. Падаван знал, что времени осталось только на один удар, но с использованием светового меча этого было вполне достаточно.

И только юноша подумал об этом, как на правое запястье опустился новый груз, прижав руку к земле. Поморщившись от боли, он поднял взгляд и обомлел: перед лицом светилась еще одна тройка бездонных ярко-желтых глаз. Располагаясь на расстоянии не далее вытянутой руки, зверь тихо зашипел — это самка приблизилась, чтобы присоединиться к пиршеству.

Сердце Анакина ушло в пятки.

В этот момент первый охотник совершил прыжок и приземлился у него на спине. Все происходило слишком быстро. Использование Силы против одного шанха было вполне естественным делом, но сейчас их было двое, и это здорово все усложняло. Если он попытается сейчас направить Силу на самца, что давил сверху, то самка, вне всякого сомнения, вопьется ему в лицо. Если Анакин решится броситься на нее, использовав световой меч, то самец замкнет зубы на шее или начнет раздирать спину мощными когтями. Осталось совсем мало времени.

Шанх-самец издал оглушительное шипение, и в то же время Анакин почувствовал, как спина испытала невероятное облегчение. Самка попятилась назад и ощетинилась, хотя падаван решительно не мог понять почему. Воспользовавшись удачным моментом, он сконцентрировался и направил поток Силы на оставшуюся тварь. Выигрывая таким образом время, Анакин активировал меч.

Но, прежде чем он смог им воспользоваться, самка прыгнула вперед. Как только зверь очутился в воздухе, его встретила ослепительная дуга света. Послышалось громкое шипение, выражающее одновременно удивление и злобу, а в воздухе разнесся запах горящей плоти. Тварь упала на брюхо и затихла.

Огромный самец также лежал неподалеку, от его раскроенного черепа поднимался дымок; а рядом… рядом показалась знакомая тень.