Но в настоящий момент Огомоору следовало решить более важную задачу: ему следовало найти человека, который расскажет боссбану Соерггу обо всех печальных событиях. Джедаи и падаваны бежали, очутившись вне пределов досягаемости хатта… Да, это известие произведет настоящую бурю.

К величайшему изумлению Огомоора, Соергг выслушал доклад управляющего спокойно.

— Ты опять опоздал. Пунктуальность — вот главный признак успешного убийцы.

— Иного выхода не оказалось, повелитель. Те, кого я хотел нанять, отказались преследовать беглых джедаев.

— Да-да, ты уже говорил мне… — Соергг вяло махнул рукой. — Значит, они ушли на суубатарах… Ну, это многое объясняет в поведении твоих наемников, — он почесал себя по груди, и на землю посыпалась старая заскорузлая корка засохшей слизи. — Сначала провал убийства, затем провал похищения… Эти джедаи крепкие орешки!

— Их нельзя захватить врасплох, — добавил Огомоор.

— Да, возможно, — огромные блестящие глаза Соергга уставились за спину помощника. — По крайней мере, нам этого не удалось.

— Я вас не понял, повелитель! Но Соергг не ответил. Он застыл в прежней позе, обдумывая свои мысли.

— Всего год или два назад Анакин выражал неудовольствие несравненно чаще, — произнес Оби-Ван, склонившись к Луминаре. — Мне кажется, он взрослеет.

Друзья остановились на ночлег, и Киакхта вместе с Булганом возложили на себя обязанность разложить в центре лагеря костер и приготовить ужин. Неподалеку от них шестеро роскошных суубатаров также устраивались на ночь. Улегшись, они абсолютно слились с окружающей растительностью, и даже зоркий глаз джедая не мог рассмотреть их на таком расстоянии в сгущающейся темноте.

Прерии Ансиона, конечно, не были представлены сплошными заливными лугами. Желто-зеленые равнины пересекались небольшими речушками, а на горизонте виднелась темная шапка леса, представленная какими-то невиданными доселе деревьями с огромными корнями. Небольшие пригорки, покрытые мхом, состояли из старой вулканической породы… Одним словом, простирающийся перед джедаями ландшафт оказался довольно странным, и Луминара с удивлением отметила, что видит подобную комбинацию привычных компонентов впервые в жизни.

— Почему парень постоянно так напряжен? — спросила женщина, прислонившись спиной к удобному вианну, которых предусмотрительные алвари сняли вместе с седлами со своих любимцев.

Луминара пожевывала сырную палочку с ореховым запахом и терпеливо ожидала, пока приготовится чай.

В глазах Оби-Вана отражались языки пламени центрального костра.

— Анакин? Да это его обычное поведение в подобных обстоятельствах. Он хочет чем-то выделяться от окружения, и это несомненно издержки воспитания, которые так нехарактерны для обычного падавана. Кроме того, Анакин не замечает очевидных вещей.

— Каждый, кто хочет стать джедаем, должен знать, что ему придется пожертвовать массой вещей.

Кеноби задумчиво кивнул.

— Парень боится, что никогда больше не увидит свою мать. Он ее горячо любит.

— Ужасная ошибка. Дети, обладающие Великой силой, должны лишаться семей в том возрасте, когда подобная привязанность еще не развилась, — Луминара присвистнула. — Порой я сама начинаю задумываться о том, чем же сейчас занимается моя матушка, когда мы сидим и рассуждаем о подобных вещах. Интересно, а она вспоминает обо мне? — женщина перевела взгляд на темную прерию. — А как же ты, Оби-Ван? Неужели никогда не задумывался о собственных родителях?

— Просто у меня слишком много иных тем для размышлений.