— Я бы предпочла сказать «непоколебимый», — Луминара отхлебнула немного чая и опустила стакан.

Легкий пар, расплывающийся в холодном воздухе, делал ее лицо практически неразличимым, а татуировки на подбородке стали напоминать некоего диковинного зверя.

— Так в чем же заключается самая большая проблема? В его матери? Или, быть может, неверном, с его точки зрения, направлении Ордена?

— Обладай я этой информацией, многое можно было бы исправить. Скорее всего, причина всех противоречий лежит гораздо глубже… Настолько глубоко, что об этом не подозревает сам Скайвокер. Когда-нибудь мы разрешим все проблемы, — с этими словами Оби-Ван отправился восвояси. — Обещаю тебе, нас ждут очень интересные времена.

— Подобное ощущение исходит от Силы? — крикнула она ему вслед.

— Нет, — бросив взгляд через плечо, джедай вновь усмехнулся. — Это ощущение исходит от Оби-Вана Кеноби.

На какое-то время Луминара осталась одна. Спустя пару минут возле костра присела Баррисс, сжимая собственный стакан между руками. Взгляд падавана проследил за удаляющимся рыцарем.

— О чем между вами шло обсуждение, учитель? — спросила девушка.

Луминара откинулась на мягкую спинку вианна. С противоположной стороны лагеря несколько суубатаров выли на висевшую в воздухе половинку луны. Последняя напоминала собой головной убор свергнутой с трона королевы.

— Ни о чем, что бы касалось тебя, моя дорогая.

Понимая, что дополнительный вопрос был бы проявлением неуважения к учителю, Баррисс дернула головой и перевела взгляд на черное небо. На нем не было ни облачка, а звезды висели настолько низко, что, казалось, до них можно было дотронуться рукой, забравшись на соседнее дерево. Республика совсем не похожа на это небо, пронеслось в голове у девушки. Отношения между разумными существами всегда такие запутанные…

— Так много звезд, учитель… Все это планеты, на которых живут существа с различными культурами и особенностями быта. Одни из них принадлежат Республике, другие отстаивают независимость, а третьи и вовсе до настоящего времени не изведаны… Я с величайшим нетерпением ожидаю, когда же смогу отправиться на встречу с одной из подобных цивилизаций, — девушка встретилась взглядом с наставницей. — Именно по этой причине мне и хочется стать джедаем.

Луминара засмеялась. Конечно, ее смех был мягкий и приглушенный, но в ответ на него Баррисс мгновенно посерьезнела.

— Скажите, вы одиноки, учитель Луминара?

Джедай закашлялась, допивая остатки душистого ароматного напитка. Черные капли упали на губы, изменив их цвет. По-детски непосредственная Баррисс никогда не скрывала своей любознательности под маской ложной утонченности.

— В той или иной степени каждый джедай ощущает себя одиноким, падаван. Тебе, дорогая моя, придется это очень скоро понять. Просто одни из нас чувствуют себя более комфортно в одиночестве, а другие — нет. Каждое правило имеет свой диапазон для вариации, и каждому джедаю необходимо найти свой стиль жизни.

Баррисс посмотрела на противоположную сторону от костра.

— Наверное, Анакин и пытается найти свой стиль жизни, верно?

Луминара не переставала удивляться, насколько же восприимчива была эта девушка. Судя по всему, из нее в скором времени получится просто отличный лекарь.

— Я могу только сказать, что он определенно находится в поиске, хотя, вполне возможно, конкретный вопрос так и не созрел в его голове.