Тут я вдруг поняла, что больше не хочу мороженого.

— Ладно, давай сделаем вывод: мы поняли друг друга и каждый остается при своем мнении.

— Хорошо, я согласна оставить эту тему, но, думаю, ты должна прекратить свои выступления на радио.

— Несмотря на то что я притворяюсь телепатом, я все же даю людям неплохие советы. Ты же слышала людей, с которыми я говорила. Они благодарны мне. Они остались довольны тем, что услышали. Между прочим, я им помогла.

— То есть ты утверждаешь, что хочешь продолжать заниматься этим, чтобы оказывать людям помощь? Ты хочешь вернуться на радио из чисто гуманных побуждений. Теперь ты телепат-целитель, просто мать Тереза какая-то! А может, это только потому, что тебе хочется оказаться в центре внимания?

Я демонстративно встала и пошла в кухню, швырнув контейнер с мороженым в морозилку. Какой чудесный был день. Я была на седьмом небе от счастья… И так хотелось завершить этот день поеданием мороженого в компании моей якобы лучшей подруги! Я думала, что она разделит со мной радость успеха, но вместо этого она заставляет меня чувствовать себя настоящим варваром, будто я переехала чьего-то пса, а потом еще сдала назад и плюнула в него.

— Я вовсе не хотела тебя расстраивать, — сказала Джейн, прислонившись к кухонной двери. — Мне просто кажется, что, продолжая участвовать в передачах, ты сама напрашиваешься на неприятности. А вдруг кто-то узнает твой голос? Это же твой голос, и его легко узнать. А что, если Даг обо всем догадается? У меня предчувствие, что все это добром не закончится. Ты уже и так неплохо провела время. Было весело, у тебя все получилось! Надо остановиться, чтобы все не испортить.

— Так, теперь ты мне делаешь предсказание? — Я знаю, что прозвучало это отвратительно, но ничего не могу поделать.

— Я стараюсь дать тебе совет.

— Считай, что он принят. — Я скрестила руки на груди и ждала, когда Джейн извинится и мы вернемся в гостиную, чтобы продолжить разговор о моем триумфе в мире шоу-бизнеса.

— Ну что ж. Кажется, мне пора.

Мгновение мы смотрели друг на друга. Мы обе знали, что Джереми обещал накормить детей ужином и ей вовсе не надо торопиться.

— Хорошо, увидимся.

Я не провожала ее до двери. Услышав, как захлопнулась входная дверь, я стукнула кулаком по холодильнику. Черт побери!

Выпив несколько порций рома с диетической колой, я решила, что не стоит удивляться реакции Джейн. В любых дружеских отношениях один является ведущим, а второй ведомым. Джейн — Одинокий Рейнджер, а я ее Тонто. Она — Шерлок Холмс, а я — Ватсон. Она — Бэтмен, а я — Робин. Понимаете, о чем я? Когда мы познакомились в колледже, Джейн считалась суперклассной девчонкой. Ее непременными атрибутами были черная подводка, красная помада и гвоздичные сигареты. Еще в старших классах школы она стала популярной девочкой и оставалась такой во время учебы в колледже. Я же, наоборот, всегда старалась удрать в тень. Джейн никогда не переживала по поводу одежды. Она была уверена, что всегда выглядит хорошо, неважно, во что одета. Если Джейн понимала, что кому-то не нравится, она никогда не мучилась из-за этого, просто считала, что это проблема тех, кому она не по душе, и жила себе спокойно дальше.

Мы с Джейн познакомились на занятиях по современной литературе. Преподавателем был профессор Лимтик — противный старикан, у которого из ушей росло больше волос, чем на голове. Во время лекции он пожевывал толстую черную дужку своих очков. Меня от этого просто выворачивало. Мы чувствовали, что студенты ему только мешают. Тогда мы изучали роман Маргарет Этвуд «Рассказ служанки». Профессор Лимтик все твердил нам о женской жестокости в преследовании соперниц.