— Мы сделали это.

— Сделали что? — в недоумении спросила я.

— Я не хотел ничего говорить, пока все не будут в безопасности, но ты рассказала нам тогда про Канаду, и этого оказалось достаточно. У меня есть один друг, он работает в ККП, Канадском Контроле за паранормальными. У них всегда были холодные отношения с МАУП — им не нравится, что международная организация предъявляет права на их граждан. Этот мой друг следил, не появятся ли где признаки деятельности МАУП, и с помощью информации, которую ты нам дала, он разыскал всех оборотней.

Я откинулась на спинку стула, не веря своим ушам.

— Всех? И их освободили от браслетов?

Дэвид радостно кивнул. Глаза Стэйси расширились: я не могла угадать, о чем она думает.

— Куда они пойдут теперь?

Эти оборотни не смогут вернуться к своей прежней жизни — все они зарегистрированы в МАУП, на них сразу же наденут новые браслеты.

— Некоторые из них останутся в ККП, их спрячут прямо под носом у Агентства. А те, что поместились в автобус, только что приехали в город, так что мы раздобудем им новые документы и поможем устроиться.

— Здесь? — прошептала Стэйси. — А как же…

Ее прервал звонок в дверь. Побледнев как полотно, Стэйси повернулась и посмотрела на входную дверь.

Ленд с озадаченным видом направился к двери. Через пару мгновений он вернулся… с Шарлотт.

— Шарлотт! — выдохнула я изумленно. Стэйси вскочила со стула и, рыдая, бросилась на шею вошедшей.

— Прости меня! — Стэйси захлебывалась слезами, уткнувшись в плечо Шарлотт. — Как я могла сказать тебе такое, как я могла… Прости меня!

По щекам моей бывшей преподавательницы потекли слезы, она обняла Стэйси и погладила ее по волосам.

— Все в порядке. Правда, все в порядке. И ты меня прости.

Только тут я поняла, почему лицо Стэйси показалось мне знакомым. Так значит, она и была тем самым членом семьи, на которого Шарлотт напала, а потом впала в депрессию и попыталась покончить жизнь самоубийством.

Дэвид и Арианна поднялись и вышли, мы с Лендом последовали за ними, чтобы дать сестрам побыть наедине. Меня не покидало чувство вины, острое и болезненное. Я знала, что ничего им не сделала. Я не превращала Шарлотт в чудовище, не заставляла ее кусать сестру. И не я отобрала их друг у друга, когда они так друг в друге нуждались. Но я помогала МАУП делать все то, что они делали — на каждом этапе.

— А другие новости есть? — спросила Арианна, закуривая. Мы стояли все вместе на крыльце.

— Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты куришь, — хмуро произнес Дэвид.

— Ага, ведь сигареты могут убить меня, — горько усмехнулась Арианна, но потушила окурок.

Дэвид вздохнул.

— Другие новости не такие хорошие. Агентство потеряло еще один центр.

— Какой? — спросила я. Внутри меня все сжалось от страха.

— В Бухаресте.

— В Бухаресте почти одни вампиры.

Я почувствовала облегчение, а затем еще больший укол совести. А что если Арианна оказалась бы среди жертв?

— Бухарест, по крайней мере, далеко, — проворчала вампирша.

— Нападения все учащаются. Я постараюсь выслать отсюда как можно больше паранормальных: их скопление здесь может навлечь на нас угрозу. Мы не знаем, как именно она выбирает места для нападения, и не можем так рисковать.

— А что будет с теми, кто останется? — спросил Ленд.

— Как-нибудь справимся. Похоже, она нацелилась на МАУП, так что, надеюсь, не тронет нас, даже если обнаружит.