– Заметила! – фыркнула я. – А мне Дар сказал, что ты вернешься только через неделю…

    – Да мы всех восставших тихо-мирно пожгли. Кто их вызвал – тоже радуется загробной жизни. Так что пока все спокойно и я весь твой!

    – Что ж, мне льстит такое пристальное внимание вашего величества.

    – Чтобы я надолго оставил без внимания такую красавицу? Сама подумай, вдруг украдут?

    – Самоубийц пока не нашлось, и единственный, кто на меня позарился за эти шестьдесят лет, был вместе с тобой.

    – Кстати, заметь, он до сих пор не обзавелся своим домом! А ведь ему уже… триста десять?

    – Ревнуешь?

    – Ну, вода и камень точит!

    – Вел, перестань! Что-то ты с ним переобщался! Он, наверное, каждый день вспоминал, как я ему тогда отказ топором объявила?

    Муж тихо рассмеялся и перекатил меня на спину.

    – Если бы мне так отказали, я бы точно не забыл!

    – Перестань, и хватит меня смешить! Меня сегодня дети так убегали, что в эти предутренние часы я хочу немного поспать и вообще… – я замолчала, отвечая на его поцелуй, – у меня больше нет сил находиться в этом мире.

    – А вот это мы сейчас и проверим!

    – Прекрати, изверг, скоро уже рассвет!

    – Ну и что? Выспишься утром…

    – Дети не дадут! У меня утром на арене разминка с Даром.

    – Дара я возьму на себя!

    – Мм, ну считай, что убедил!

    – Мне нравится такая сговорчивость! – Его губы скользнули вниз по моей шее, заставив стаю мурашек резво промаршировать по коже от волос до пят. – Как я по тебе соскучился!

    ГЛАВА 3

    – Мам, уже утро! Хватит спать! Вставай!

    Дверь распахнулась, и звонкий голосок дочери прозвенел рядом со мной.

    Рука дернулась, с облегчением нащупав укрывающее меня одеяло. Я приоткрыла один глаз.

    – Что случилось, Сань?

    Она бесцеремонно упала рядом со мной на постель.

    – Да в том-то и дело, что ничего! Папка вчера вернулся, а сегодня уже в такую рань увел Дара на арену. А я одна! Мне скучно!

    Я зевнула.

    – Ну иди повышивай!

    – Уже! – Дочь протянула мне узорчатую тряпочку.

    Так я и знала – поспать не дадут!

    Я перевернулась на спину. Натянув повыше воздушное одеяло, я, словно не замечая ехидного взгляда дочери, уселась, взяла рукоделие, внимательно изучила и подняла на Саниэль глаза. Она виновато опустила голову, но тут же вскинулась:

    – Если не нравится, отдавай обратно!

    Приятно видеть, что дочь хотя бы характером пошла в меня.

    – Нравится. Как колдуешь! Эта тряпочка иголки даже в глаза не видела! Не нравится то, что врешь!

    – Терпеть я не могу это вышивание! – вспылила она.

    – Ну так пошла бы с Даром и отцом!

    – Он не хочет меня учить! Даже кинжалы в руки не дает! Говорит, что я должна оставаться принцессой, а воительницы с него и одной хватит! Тебя!

    – Так прям и говорит?

    Дочь замолчала, понимая, что ляпнула лишнее.