Разделанным? Так поступают с заколотым скотом. Айк по-прежнему был сама бесстрастность.

— Что вы имеете в виду? — спросила Али.

Неужели кто-то из беглецов сошел с ума и натворил такое?

— Та самая парочка, я уверен, — ответил Айк. Он потряс лоскутками: — Я их обнаружил, когда выслеживал носильщика. Они напали на него вдвоем — один спереди, другой сверху.

— И потом вы их нашли?

— Ну да.

— И вы не могли привести их обратно, к нам?

Айк изумился:

— Хейдлов?!

Только теперь до нее дошло. Это было не убийство. Но ведь он сказал — «свежая добыча». Вот так новость.

— Хейдлы? — переспросила она. — Здесь были хейдлы?

— Их уже нет.

— Не нужно меня успокаивать! Я хочу знать.

— А вы как думаете? Мы же в их берлоге.

— Но Шоут говорил, что эти коридоры необитаемы.

— Верьте ему больше!

— А вы никому не рассказывали?

— Я уже решил проблему. Дорога чистая.

Али в глубине души даже была довольна. Живые хейдлы! Теперь, правда, мертвые.

— А что вы с ними сделали? — спокойно спросила она, хотя вряд ли ей хотелось знать подробности. И Айк предпочел о них не говорить.

— Они остались там — и другие все поймут. Неприятностей у нас не будет.

— А откуда другие? — спросила она, указывая на его коллекцию.

— Из других мест. И другого времени.

— Но вы считаете, что здесь есть еще?

— Ничего серьезного. Немного. Отдельные путники. Бродяги, отбившиеся.

Али была потрясена.

— Вы всегда это носите с собой?

— Взгляните на них, как на личные жетоны или удостоверения личности. С их помощью я пытаюсь создать общую картину миграций. И я уже узнал почти столько, как если бы они умели говорить.

Он поднес лоскут кожи к носу и понюхал, затем лизнул.

— Этот пришел с большой глубины. Очень чистый.

— В каком смысле?

Айк протянул ей кожу, но Али отвернулась.

— Вам приходилось есть мясо бычка, вскормленного на пастбище? Совсем не такое, как если бы его кормили зерном и гормонами. То же самое и здесь. Этот малый никогда не видел солнечного света. Никогда не поднимался на поверхность. И никогда не поедал животных, живущих наверху. Наверное, он впервые покинул свое племя.

— А вы его убили, — сказала Али.

Айк смотрел на нее.

— Вы даже не понимаете, как все это ужасно, — продолжала она. — Господи, что же они с вами сделали!

Айк пожал плечами. За одну секунду он вдруг отдалился от нее на тысячу миль.

— Я его найду, — сказал он.

— Кого?

Он указал на шрамы на своей руке:

— Его.

— Но вы сказали, что это ваше имя.

— Да. Его и мое. Другого у меня не было.

— Чье «его»?

— Моего хозяина.

* * *

Четыре дня спустя экспедиция вышла к реке, обещанной Шоутом. Айка заранее выслали вперед. Он дожидался остальных в гроте, наполненном грохотом воды. Этот грохот они слышали уже несколько дней.

На полу в середине была большая яма в форме воронки. Размером с городской квартал, она непрерывно ревела.

Серпентинитовые стены с зелеными вкраплениями запотели; по ним в каменную глотку стекали маленькие струйки. Люди окружили край ямы, пытаясь увидеть дно.