— Майор Бранч? — спросил Сэндвелл. — Элиас?

Бранч поднялся и загородил часть экрана. Его фигура была крупной, корявой и какой-то первобытной.

— У вас неверная информация, генерал.

— Значит, вы его узнали?

Человек на экране был повернут в три четверти. На лице — татуировки, волосы обрезаны клочьями. Дженьюэри опять почувствовала волнение Томаса. Он стиснул зубы и перевел дыхание. Иезуит смотрел на экран.

— Вы его знаете? — шепотом спросила Дженьюэри.

Томас поднял палец: не сейчас!

— Вы ошибаетесь, — повторил Бранч.

— Это наша вина, — сказал генерал. — Мы его сами взяли. Армия предоставила ему убежище. Мы думали, он с нами. Но он, видимо, так и не перестал отделять себя от хейдлов, у которых был в плену. Все вы слышали о Стокгольмском синдроме.

Бранч усмехнулся, хотя перед ним стоял старший по званию.

— Вы говорите, что он теперь работает на дьявола?

— Я говорю, что он моральный отщепенец. Крокетт застрял посередине — не принадлежит ни к какому виду и враждует с обоими. Я смотрю на это именно так. Он убивает моих людей. И нацелился на всю субтерру.

— Вот кто, — выдохнула Дженьюэри. Теперь настала ее очередь испытать шок. — Томас, о нем писала Али перед тем, как выйти из Z-три. Разведчик «Гелиоса».

— Кто? — спросил Томас.

Дженьюэри напряглась, пытаясь извлечь из памяти имя.

— Айк Крокетт, — прошептала она. — Его отбили у хейдлов. Он был у них в плену.

Али писала, что надеется расспросить его, узнать о них, изучить их знания. «Во что же я ее втянула?!»

— Насколько я могу судить, — продолжал Сэндвелл, — Крокетт пытается затянуть петлю эпидемии на всей экваториальной субтерре. Одним сигналом он может вызвать цепную реакцию, которая истребит под землей все живое, будь то люди, хейдлы или что-то другое.

— У вас есть доказательства? — упрямо настаивал Бранч. — Покажите мне видео, где Айк размещает капсулы.

У Дженьюэри забилось сердце — он заступается! Значит, Бранч как-то связан с человеком на экране.

— У нас нет таких записей, — признал Сэндвелл. — Но мы проследили, откуда этот прион-девять. Его похитили из лаборатории химического оружия в Западной Виргинии. Похищение произошло в ту самую неделю, когда Крокетт прибыл в Вашингтон. Он должен был предстать перед трибуналом — его ждало увольнение с лишением прав, но он скрылся. И потом четыре из пяти капсул обнаруживаются в том самом коридоре, по которому он ведет экспедицию «Гелиоса».

— Но если произойдет заражение, Крокетт тоже погибнет, — заметил Бранч. — Это не Айк. Он не самоубийца. Это скажет всякий, кто его знает. Он слишком любит жизнь.

— Вот тут и есть наша зацепка, — ответил генерал. — Твой Айк сделал себе прививку.

Воцарилась тишина.

— Мы говорили с доктором, который проводил вакцинацию, — продолжал Сэндвелл. — Он помнит о прививке, и не удивительно. Против приона-девять вакцинировали всего одного человека.

Изображение лица на экране сменилось медицинским бланком. Сэндвелл подождал, пока все рассмотрят. В верхнем углу стояло имя и должность врача. А внизу — подпись пациента. Сэндвелл вслух прочел:

— Дуайт Д. Крокетт.

— Черт возьми! — проворчал кто-то.

Но Бранча было не переупрямить.

— Я не считаю это доказательством.

— Тебе нелегко, понимаю, — сказал ему Сэндвелл.