Теперь на солдатах были костюмы биохимической защиты. Люди передвигались медленно, словно космонавты при нулевой гравитации. Надпись в нижнем углу экрана была другая. «КлипГал/КаП/09-01/07:32:12». Камера показала трещину в стене пещеры. Один из солдат начал вставлять в трещину что-то блестящее. Стоматологическое зеркальце, разглядела Дженьюэри.

Затем изображение сфокусировалось на поверхности зеркала.

— Это обратная сторона капсулы, — пояснил Сэндвелл.

Надпись, хоть и перевернутая вверх ногами, читалась без труда. Обычный штрих-код и какие-то английские буквы. Генерал остановил кадр.

— Справа, наверху, — подсказал он.

За обозначением «SP-9» шли буквы «USDoD». Министерство обороны США!

— Выходит, это наши? — спросил кто-то.

— «SP» означает «синтетический прион». Девятка — номер поколения препарата.

— Так новость хорошая или плохая? — спросили из зала. — Хейдлы не производят препаратов, способных нас убить. А мы — производим.

— Прион девятого поколения включает особый ускоритель. При контакте с кожей вещество действует почти мгновенно. Как сказал руководитель лаборатории, это настоящая «сверхзвуковая чума». — Сэндвелл сделал паузу. — Прион-девять разрабатывали на тот случай, если события в субтерре выйдут из-под контроля. Но когда разработку закончили, было принято решение, что ни при каких, даже самых неблагоприятных обстоятельствах применять его не следует. Говоря попросту, прион слишком опасен. Поскольку препарат репродуцируется, даже малое количество может заполнить целую среду обитания. В данном случае речь идет обо всей субтерре.

Томас сжал локоть Дженьюэри с силой капкана. Она почувствовала его хватку буквально костью. Он тут же убрал руку и прошептал:

— Прости, пожалуйста.

Дженьюэри знала, что прерывать выступающего не положено. Однако она это сделала:

— А что случится, когда прион заполнит всю нишу и захочет попасть в следующую? Что будет с нашим миром?

— Отличный вопрос, сенатор. Есть и хорошая новость. Прион-девять разработали для применения исключительно в подземье. Он живет — и убивает — только в темноте. На солнечном свету препарат разрушается.

— Иными словами, из своей ниши он не выйдет. Это теория? — Сенатор была настроена скептически.

Сэндвелл добавил:

— Еще одно. Синтетический прион испытали на живых хейдлах. Они погибают в два раза быстрее, чем люди.

— Тогда у нас есть фора — девять десятых секунды! — проворчал кто-то.

«Пленные хейдлы? Испытания?» О таком Дженьюэри слышала впервые.

— И наконец, — произнес Сэндвелл, — все оставшиеся запасы препарата этого поколения уничтожены.

— А других поколений?

— Этот вопрос сейчас решается. Прион-девять все равно собирались уничтожить. Приказ пришел через несколько дней после кражи. Кроме похищенных капсул, приона-девять не существует.

Из темноты зала раздался вопрос:

— Генерал, как же секретный препарат попал в лапы хейдлов?

— В коридоре Клиппертон — Галапагосы его разместили вовсе не хейдлы, — отрывисто говорил Сэндвелл. — Теперь у нас есть доказательства. Это сделал один из нас.